|
Ведь большинство грибов было безнадёжно червивыми. Смотришь – вот сразу несколько красавцев белых стоят, душа радоваться начинает. Но, как только в руки возьмёшь, сразу дряблость ощущается, под красивой оболочкой всё изъедено. Из десятка, дай бог, если штуки три хорошими окажутся. И тем не менее, из леса вернулся не с пустыми руками. Полное ведро грибного ассорти принёс: белых, подосиновиков, подберёзовиков, лисичек и сыроежек. Вечером пришёл к нам весьма поддатый, но прекрасно державшийся Фёдор и прямо с порога спел: «Я так хочу, чтобы лето кончалось, чтоб оно за мною мчалось!». Эта песня им была не наобум выбрана. Ведь нынешнее грибное лето Фёдору ощутимый дополнительный доход приносит. Ну а я хочу, чтобы лето не кончалось не из-за грибов, а просто само по себе, как праздник цветущей природы и жизни.
Поход в дремучий лес
Ровно три дня продержалось предсказанное синоптиками жаркое и засушливое лето. А вот теперь каким-то волшебным образом осень наступила. Зябко, промозгло и серо, нудный дождь моросит непрерывно. Из-за этого мокрого безобразия урожай чеснока оказался загубленным напрочь. Внешне-то ничего незаметно, растения крепкие, мощные, но, когда из земли вытащишь, становится видно, что головки безнадёжно гнилые. Причём эта напасть обрушилась не только на наш огород, но и на все соседские. На этот раз у медицинского корпуса никого не было. Да и мне не захотелось останавливаться для принятия дозы никотина. Как-то не совсем приятно стоять под мелкой всепроникающей водяной пылью. В коридоре встретился врач Анцыферов из бригады, которую мы меняем. – Здорова, Александр Сергеич! Что-то вы сегодня не на вызове! – Иваныч, стоп! Молчи, ничего не говори про вызовы, иначе сейчас сглазишь! – Ладно, не переживай! Искусством сглаза и порчи я не владею! – Иваныч, наркотики, если что, я сдам без десяти восемь. Так что потом получишь. – Ну и хорошо. Следующим, кого я встретил, был главный фельдшер с угрюмым лицом. – Приветствую, Андрей Ильич! Что-то ты сегодня слишком мрачен? – Так потому что уже с утра пораньше всякая дрянь творится. Сегодня под утро трубу прорвало и стерилизационную г…м затопило. – А ты Коле сказал? – Да ну его <нафиг>, этого Колю! Он вчера вечером упился как скотина, чуть ли не на карачках отсюда уполз. А сегодня не вышел. Вот теперь что хочешь, то и делай. – Ну доложи тогда Сергею Владимировичу. – Доложу, конечно, но он-то что сделает? Разве что за Колей машину пошлёт. Этот деятель работает у нас примерно год. И всё это время никто и никогда не видел его трезвым. Обычно по утрам он лишь слегка поддавший, ну а далее, в течение дня, уровень алкоголя в его крови неуклонно повышается. Все это знают и видят, но ни главный врач, ни его зам по АХР никаких решительных мер не принимают. Да, понятно, что зарплата сантехника в бюджетном учреждении невелика и желающие занять вакансию в очередь не выстраиваются. Но всё-таки, если постараться, подходящего работника найти можно. В семь тридцать началась конференция. После доклада старшего врача, как всегда, слово взяла начмед Надежда Юрьевна: – Коллеги, в очередной раз приходится поднимать тему слишком долгого пребывания в стационарах. Напомню, согласно приказу главного врача, вы должны ожидать в приёмниках не более пятнадцати минут. Если в течение этого времени врач к вам не выходит, то узнаёте его фамилию, вписываете в карту, оставляете больного и уезжаете. Тут я не утерпел и высказался: – Надежда Юрьевна, а если больной тяжёлый, нестабильный, требующий постоянного наблюдения? Нам что, просто бросить его и уехать? Извините, но мы тоже не хотим подставляться. – Юрий Иваныч, не кидайтесь в крайности! О тяжёлых больных речь не идёт. – Это хорошо, но тогда в приказ надо внести соответствующие коррективы. |
