К счастью, ничего жизнеугрожающего не оказалось. Под вопросами закрытая черепно-мозговая травма – сотрясение головного мозга, ссадины правой щеки, перелом обеих лодыжек правого голеностопа. Ну и вишенкой на торте, было алкогольное опьянение. Разумеется, безо всяких вопросов. Обезболили, все остальное сделали по стандарту, ну и свезли в травматологию.

Да, задержались мы с обедом! Ну ничего, лучше поздно, чем никогда. Смотрю, а на пункте подготовки укладок уже не Светлана, а Галина Степановна из другой смены.

– О, а Света где?

– Так у нее же инсульт, восьмая бригада в «пятерку» ее увезла.

– Во как! А с утра была нормальная такая, бодренькая!

– Ну, бодренькая… Ведь сами знаете, жизнь какая: сейчас бодренькая, а через минуту – кондрашка хватила. Но я не понимаю, Юрий Иваныч, а какой может быть инсульт, если у нее руки-ноги двигаются и не отнимаются?

– Дааа? Вот уж не знала!

– Галииина Степановна, ведь вы же фельдшер!

– Ой, Юрий Иваныч, какой теперь из меня фельдшер? Так, название одно. На бригаде я только в молодости работала, да и то несамостоятельно. А последние тридцать лет здесь на пункте сижу. Уж что и знала-то, позабыла…

– Ничего, Галина Степановна. Главное, что вы добросовестная и порядочная. С вами очень приятно работать!

– Спасибо!

Сдал на закрытие карточки, пообедали, да и на боковую залегли.

Во, чудеса-то какие: вызов дали уже в пятом часу! Нда, такого уж лет пятнадцать не бывало. Поедем на психоз к мужчине тридцати четырех лет.

Супруга больного была в полнейшей растерянности:

– Я вообще понять не могу, что с ним творится! Он выпивал три дня подряд, но не сильно. А сегодня с ним вообще что-то непонятное происходит. Какую-то дурь несет, на диване какие-то странные позы принимает. Да и вообще, он как будто где-то в другой реальности. У него «белка», что ли?

– А кроме алкоголя, он больше ничего не употреблял, не курил?

– Не-не-не, даже не думайте! Это исключено полностью!

Больной, закатив глаза, сидел на диване, наклонившись вбок, будто собирался упасть, но процесс падения почему-то затормозился.

– Ааа! Вадик, Вадик! Что с тобой, Вадик?! – истошно закричала супруга. – Он умирает, что ли?! Да что вы стоите-то, помогите ему скорей!

– Так, все-все, успокойтесь, пожалуйста! Никто не умирает, – спокойно ответил я.

– Вадим! Вадим! – громко позвал я и привел больного в нормальное сидячее положение. Тот резко от меня отмахнулся, но все равно сидел уже нормально.

– Вадим, это что за странные позы?

– Ничего. Я растяжку делал. – не сразу ответил он.

– Вадим, что тебя беспокоит? Как самочувствие?

– Я вчера от матери огурцов привез, а жена мне брюки укоротила.

– Так, Вадим, я спросил, что тебя беспокоит? Жалобы есть?

– Нет, а что жалобы? Жалобы в общих чертах не нужны, иначе это не по-людски получится.