— А именно?

— Секс с несовершеннолетней.

Чарли почувствовала, как сердце забилось чаще.

— Когда?

— Десять лет назад.

— Что происходит? — спросил Андерс, когда Чарли положила трубку.

Чарли быстро объяснила ему ситуацию, вбивая в навигатор адрес Никласа Санделя. Семь минут спустя они заехали на парковку перед потрепанным трехэтажным домом из красного кирпича на Грювлюккевеген.

— Как тут не сказать, что жизнь привела брата и сестру в разные места, — воскликнул Андерс. — Какие крайности!

— Уж не знаю, что хуже, — покачала головой Чарли. — Я серьезно, — добавила она, когда Андерс рассмеялся.

— Так ты предпочла бы стать наркоманкой, чем выйти замуж за миллиардера?

— Это зависит от того, что за миллиардер, — ответила Чарли. — Но общеизвестно, что те, кто добрался до вершины, по пути затоптали многих других, так что, вероятно, с таким человеком не так уж приятно жить.

— А разве приятно махнуть на себя рукой и всю жизнь прожить под кайфом?

— Кайф — штука приятная, — ответила Чарли. — Просто потом все остальное начинает доставать.

Припарковав машину, они вошли в подъезд. Камешки на полу хрустели под ногами.

— Что с тобой такое? — спросила Чарли, когда Андерс наморщил нос.

— Ты что, не чувствуешь запаха?

— Едой пахнет.

— Скорее отходами.

— Ты преувеличиваешь.

Квартира Никласа Санделя находилась на втором этаже. Полицейским пришлось нажимать на звонок три раза, прежде чем они услышал за дверью шаги.

— Ты Никлас Сандель? — спросил Андерс, когда им открыл мужчина в трусах, драной футболке и с остановившимся взглядом.

— Точно, — кивнул мужчина. — Ну что еще? — продолжал он, когда Андерс показал полицейский жетон. — С какой стати вы вваливаетесь и будите меня среди ночи?

— Почти десять часов, — сказал Андерс.

— Утра или вечера? — серьезно спросил Никлас.

— Утра, — ответила Чарли. — Нам нужно просто поговорить с тобой.

В квартире висел знакомый запах этанола, кошачьей мочи и грязи. По лицу Андерса Чарли поняла, что больше всего на свете ему хотелось бы развернуться и уйти.

— Я не могу вернуться назад, — сказал Никлас, проведя их в кухню с замызганными желтыми шкафчиками и горой грязной посуды. — Лучше пусть отдадут мое место кому-нибудь другому. Тому, кто не такой идиот, как я.

— Ты не идиот, — раздался голос из комнаты.

— Заткнись, Антон, — сказал Никлас.

— Я просто говорю, что ты вовсе не идиот, — продолжал тот, которого звали Антон. — То, что человек любит повеселиться, еще не означает, что он идиот.

Чарли узнала ход мыслей Бетти.

«Кто на самом деле сумасшедшие — мы, кто умеет веселиться, или эти паяцы, работающие в банках и социальных бюро, которые никогда не пригласят тебя на танец?»

— Тут полиция, Антон, — сказал Никлас.

Раздался глухой удар, а затем несколько ругательств. В прихожую вышел Антон — волосы дыбом, джинсы расстегнуты.

— Мы ничего такого не сделали, — сказал он. — Просто пьянствовали три дня. Все по-честному. Крепче ничего не было, так что не забирайте его назад.

— Речь не об этом, — ответила Чарли.