— Кто-то ее украл, — ответила Чарли. — Это все, что мне известно.

— Да, но здесь ее точно нет, — ответил Антон. — Мы ее не похищали. Кстати, у меня уже есть ребенок.

Их прервал Андерс, который вошел в кухню — белый, как полотно.

— Я должен уехать, — проговорил он. — С Сэмом беда.

Сара

Лу лежала в своей постели и смеялась. Прошло некоторое время, прежде чем я поняла, что же ее так развеселило. Она читала мой блокнот.

— Прости, — сказала Лу, когда я вскочила, подтянулась и вырвала блокнот у нее из рук. — Прости, я просто не смогла сдержаться. Пожалуйста, не сердись на меня.

— Ты бы точно на меня рассердилась, если бы я прочла твой блокнот, — сказала я.

— Этого бы не случилось, — ответила Лу, — он у меня под замком. В таком месте не приходится рассчитывать, что твои вещи останутся в неприкосновенности, если их не запирать. Ну да, а иначе точно какая-нибудь сука разнюхает.

— Ты могла бы его и не трогать, — сказала я. — Хотя он и не был заперт.

— Я же попросила прощения, — сказала Лу. — Больше не буду. Я же не знала, что это такая тайна.

— Не в этом дело.

И действительно, дело было не в том. Единственное, что содержалось в моем блокноте, — четыре страницы бессмысленных фраз и неудавшийся портрет Марианны, но мне все равно было ужасно обидно, что Лу в него залезла.

— Ты бы использовала это время и написала что-нибудь всерьез, — сказала Лу. — Знаешь, какой кайф — излить на бумагу то, о чем не можешь рассказать другим.

— Значит, тебе есть что излить?

— Мне просто нравится писать, — ответила Лу. — Одна из немногих вещей, в которых мы с Марианной единодушны — это полезно для души.

— Ты тоже веришь в истории со счастливым концом? — спросила я.

Лу покачала головой и ответила, что не верит, но бывают же исключения, и иногда у нее возникает чувство, что она, возможно, и есть одно из них. Человек, который пройдет по жизни, не сломавшись. По крайней мере, на это всегда можно надеяться — ведь верно, как говорит Марианна: нет ничего опаснее человека, утратившего надежду.

— А что в этом такого опасного? — с тревогой спросила я.

— Думаю, опаснее всего, когда тебе становится наплевать. Тогда человек может совершить все, что угодно — потому что он совсем отчаялся.

Лу посмотрела в окно.

— Солнышко светит, — сказала она. — Пойдем прогуляемся?

— Так ведь нельзя покидать территорию! — сказала я, выходя вслед за Лу на бескрайнее поле, простирающееся позади «Чудного мгновения» — там, где заканчивался сад.

Казалось, нам потребовалась целая вечность, чтобы пересечь его, но вот мы наконец достигли леса на другой стороне и двинулись наверх по узкой тропинке. Под нами сверкала водная гладь.

— Это Венерн, — сказала Лу, когда я остановилась, чтобы взглянуть на воду, — самое большое озеро Швеции.

— Я знаю, как называется самое большое озеро Швеции, — ответила я. — Я не последняя дура.

Тропинка круто поднималась вверх — мне хотелось, чтобы Лу шла помедленнее.

— Ну вот, — произнесла Лу, когда деревья расступились и ветер подул сильнее. — Добро пожаловать на Скалу психов. Хочешь — подойди ближе и посмотри вниз, если не боишься. Отсюда спрыгивали психи, — продолжала она.