— У тебя есть долги? — спросила Чарли.

— Что ты хочешь сказать?

— Это имеет значение, если у тебя есть связи с преступным миром, — сказал Андерс. — Тебе нужны деньги, и…

— Надеюсь, я не имею связей с людьми, которые похищают детей.

— Кстати, о детях, — вставила Чарли. — Ты не мог бы рассказать, что произошло десять лет назад?

— Ты имеешь в виду что-то конкретное? — спросил Никлас, но его застывшее выражение лица явно свидетельствовало: он понял, о чем она спрашивает.

— Я имею в виду ребенка, которого ты изнасиловал.

— Какого дьявола! — Никлас вскочил и сделал три быстрых шага к Чарли. Прежде, чем она успела подняться, между ними встал Андерс.

— Сядь, — проговорил Андерс грозно.

Никлас повиновался.

Чарли не знала, как она себя чувствует — приниженной или защищенной. Она и сама могла попросить его сесть.

— Рассказывай, — сказал Андерс строго. — Расскажи нам о той девочке.

— Я ее не насиловал, — ответил Никлас. — Она сама хотела, а я не знал, что она такая малявка, и к тому же я отсидел свой срок. Сами можете прочесть это… в каких-нибудь ваших бумагах.

— Мы предпочитаем сэкономить время и поговорить с тобой напрямую. Твоя племянница пропала. Надо торопиться.

— Я не какой-нибудь гребаный педофил, если ты так думаешь.

— Тогда расскажи, что отличает тебя от других, занимающихся сексом с несовершеннолетними, — сказала Чарли.

— Это было десять лет назад и…

— И ты с тех пор изменился? — спросил Андерс.

— Дайте же мне рассказать, черт возьми, если вам позарез нужно знать, — рассердился Никлас.

Он запустил обе пятерни в волосы, а потом повернулся к Чарли.

— Ей было четырнадцать, — продолжал он уже спокойнее. — Ей было четырнадцать, через месяц должно было исполниться пятнадцать. Мы познакомились в баре, у меня и мысли не возникло, что ей нет восемнадцати. Ее папаша подал на меня, когда узнал. Она-то не хотела, чтобы он это делал. У вас наверняка где-нибудь записаны все подробности.

У Андерса зазвонил телефон. Взглянув на дисплей, он извинился и вышел в коридор.

Никлас нашел на подоконнике пачку «Мальборо» и закурил новую сигарету.

— Что ты делал вчера? — спросила Чарли.

— Я был здесь, — ответил Никлас. — Мы пьянствовали. Антон! — окликнул он друга. — Иди сюда.

Снова появился Антон. Чего они от него хотят? Они хотят поговорить наедине или нет? Он знаком показал, чтобы Никлас дал и ему сигарету.

— Я спрашиваю, что вы делали вчера, — сказала Чарли. — Что вы делали вчера в первой половине дня?

— Мы пили… или спали, — ответил Антон. — Я за временем не очень-то слежу. Но думаю, что мы были здесь.

— Думаешь?

— Ну да, насколько я знаю.

Он посмотрел на Никласа, который подтвердил, что так и было. Весь вечер и всю ночь они пробыли в квартире.

— Одни?

Возникла небольшая пауза. Вероятно, она потребовалась им, чтобы привести в порядок воспоминания.

— Да, — ответил Никлас. — Одни.

— И никто не заходил или не видел вас…

— Уж не думаешь ли ты, черт подери, что мы украли ребенка? — возмутился Антон.

— Кто-то ее украл, — ответила Чарли.