А мощному нагибу Илия предпочел мирное сосуществование. И поступил, на мой взгляд, мудро.

Моровой помедлил еще немного, явно ожидая реакции могущественной нечисти. Однако ничего существенного не произошло. Вода не вспучилась, по озеру не пошли волны, не появились буруны и водовороты. Водяной царь явно проигнорировал наше присутствие.

После чего Федя вытянул руку, и с кончиков пальцев сорвалось что-то яркое, устремившееся вверх. Ага, видимо, тот самый аналог ракетницы, о котором говорил воевода.

Что интересно, Печатник смотрел на происходящее с нескрываемой неприязнью. А я только теперь понял. Эти двое яйцами же меряются. Выясняют, кто тут альфа-самец и станет старшим в группе. С Асей понятно, она слишком слабая для них, поэтому ее и не рассматривали. Забавно, надо будет поглядеть дальше.

На наш призыв ответили. Довольно скоро я услышал шум двигателя, а на поверхности воды показался свет. И еще спустя пару минут к нам причалил небольшой катер на воздушной подушке. Что забавно, на борту было двое — двухрубцовый старик-ивашка и еще более древний на вид чужанин.

— Вот этих надо вывезти, — сказал Печатник. — Бывай, Матвей. Сегодня молодцом.

Вот все-таки хорошо, что у рубежников не принято жать руки. Потому что именно этого я сейчас делать и не хотел. Вот так живешь-живешь, а вдруг оказывается, что человечек, с которым ты общаешься, — с гнильцой. Хотя с глобальной точки зрения, наверное, это я слишком уж правильный. Что в нынешней жизни будет только мешать. Да в прошлой не особо помогало.

Старик-рубежник хоть и выглядел, как развалина, с легкостью перетащил нас на катер. Затем мы отчалили, а наша команда скрылась в камышах.

— Чего, поохотились? — с беззубой улыбкой спросил рубежник.

— Типа того.

— Михаил Евгеньевич, можно просто Михаил, — он протянул руку и тут же торопливо убрал ее, словно обжегся. — Все никак привыкнуть не могу. С рубежниками редко общаюсь, с Олегом на отшибе живем. К нам нечасто гости захаживают, и то большей частью по ошибке.

Тот древний старик, которого назвали Олегом, согласно кивнул. Мол, так оно и есть.

— Матвей, — представился я. — А это Витя. Он устал, поэтому спит.

Вот мне бы такие нервы, как Следопыту. Задрых еще на плече у Морового. И смена транспорта его не разбудила.

— А вы чего не охотились? — спросил я. — Мне казалось, воевода всех ивашек собирает.

— У меня здесь особое положение, — усмехнулся Михаил. — Я в дрязги между нечистью и рубежниками не вступаю. Хотя, конечно, ежели воевода прикажет…

Катер неторопливо рассекал водную гладь. Древний старец Олег подслеповато всматривался в ночную мглу. Мы находились во владениях могучего водяного царя, но вместе с Михаилом я почему-то не чувствовал никакой опасности, словно он был местным жителем фавел, который устраивает для меня экскурсию.

— А чем вы здесь занимаетесь?

— Больше за чужанами гляжу. Чтобы не губила их нечисть понапрасну. Не к месту будет сказано, но хозяин здешний особой добротой не отличается. А прислужники его — и подавно. Во власти же как: чем у человека ее меньше, тем он более злой и жадный до всяких благ. Это после пресыщение приходит. Но сейчас не беспокойтесь, ушла местная нечисть. Какого-то лешего стращают.

У меня от последнего заявления похолодело в груди. Потому что я знал только одного лешего на всю округу. Нет, может, и были какие-то другие. Лишь на это вся надежда.

— И вы тут совсем один?

Вопрос был резонный, потому что места представились глухими.