|
– Благодарите мою племянницу. Это она привезла его. Меня даже не было дома. Признаться, я даже не знал, что ваш брат в Париже. В июне я получил от него весточку, где он писал, что обратился с просьбой перевести его из Баварии. Я понял, что он не совсем удовлетворен службой у барона фон Стейна. Теперь Ровена сказала мне, что он был привлечен к наблюдению за вашим посольством. Очевидно, она знает, зачем Джейми находился в городе, хотя никому об этом не говорит, кроме Жюсси, но и то очень немногое. Она вообще ничего не рассказывала мне, и до сегодняшнего вечера я не знал, что вы и Джейми – братья, – дядя Анри вздохнул и покачал головой. – Должен признать, что эта девчушка водит меня за нос, хотя я не могу понять, как... Что с вами, вам плохо, майор Йорк?
– Спасибо, все в порядке, – коротко ответил Тарквин. Дядя Анри пристально посмотрел на него. – Возможно, вы сильно переутомились, сэр. Уже очень поздно, и я воображаю, какой шок вы пережили от этого. О, пойдемте, дорогой, – добавил он, когда в дверях показалась Ровена. Быстро поднявшись, он взял из ее рук поднос. – Кофе, – сказал он благодарно. – Спасибо, дорогая. Я чувствую, что он необходим нам. Теперь, – продолжал он, ставя поднос на стол, – я хочу, чтобы ты и Жюсси отправились спать. Доктор будет здесь через несколько часов, и до тех пор мы ничего не сможем сделать для месье Йорка. Ровена покачала головой. – Я действительно не устала. – Ерунда. Софи будет очень сердиться, когда узнает, что я позволил вам двоим быть на ногах всю ночь. Бог знает, как мне придется объясняться с ней... Дядя Анри говорил бодро, но Ровена увидела, как вытянулось его лицо. Оно казалось таким же усталым и измученным, как и у Квина. Бедный дядя Анри! Если бы он только знал, сколько секретов хранилось в его семье! Ровена быстро нагнулась, чтобы налить дядюшке кофе. Затем она повернулась к Тарквину. Их взгляды встретились поверх кофейника, и Ровена выпрямилась, наблюдая за выражением лица Квина. – Вам лучше послушаться совета вашего дяди, мисс Ровена, – выразительно сказал Квин. – Уже почти три часа. Губы Ровены дрогнули, она была задета его холодным отношением к ней. – Я не считаю возможным спать, в то время как в нашем доме находится раненый, майор. Дядя Анри прочистил горло. – Я думаю, можно посоветовать, если... Да, что такое, Джерард? – Извините, что беспокою, месье, но там... внизу человек, который хочет поговорить с майором Йорком. Тарквин недовольно оглянулся: – Он назвал свое имя? – Нет, месье. Он сказал всего несколько слов. Я думаю, вам лучше самому пойти поговорить с ним. Извините, месье, но он довольно... хм... необычно выглядит. – Исмаил! – подумала Ровена с облегчением и быстро вскочила на ноги: – Все в порядке, Джерард. Я проведу его наверх, – она поторопилась из комнаты, в то время как дядя Анри бросил на нее удивленный взгляд. – Если вы извините меня, майор, я попытаюсь убедить мою дочь заснуть. Возможно, Жюсси послушается меня. Выйдя на лестницу, дядя Анри был привлечен возбужденными голосами, доносившимися снизу, из фойе. Его брови поползли вверх, когда, вглядевшись, он увидел рядом с Ровеной самого огромного мужчину, какого он когда-либо встречал, иностранца со смуглым, бородатым лицом, возможно, араба. – Он очень обессилел, Исмаил, – сухо говорила Ровена, ведя своего спутника через холл. – Вы не должны ничем тревожить его сегодня ночью, вы понимаете? Ничем, как бы это ни было важно. Я не разрешаю вам. – Мэм-саиб – источник самоотверженности. |
