– Во первых, я нашла тетрадь Константина, где он описывает, как убил Милу…

– И ты еще обвиняешь меня, что я что то недоговариваю, – усмехнулся Леонид.

– Не перебивай. Записи были адресованы некоему человеку, которого Константин называл Ш. Но не Шахматисту, потому что о нем Константин не упоминал прямо, но написал достаточно, чтобы понять, что Шахматиста боится даже шеф. Можно было бы подумать, что Ш – это шеф, но зачем сокращать и без того короткое слово? Теперь я больше склоняюсь к тому, что Ш – это Шильц. Это первая зацепка. Второе – у него ты украл кольцо. Он вполне подходит на кандидатуру шефа – обеспеченный, влиятельный. Скорее всего, шеф вовсе не боится компромата, он уверен, что к нему никто не подступится. И выдает себя за своего же приспешника. К тому же, шеф навряд ли доверил бы кому то из своей шайки такое ценное кольцо, ради которого натравил на тебя полицию.

– Возможно, – Леонид задумался. – Но ты все равно не можешь быть уверена.

– Могу, – упрямо заявила Лера. – Я никогда не ошибаюсь. Это не все мои доводы. У отца Шильца работала няней погибшая Антонова. Возможно, шеф и не причастен к ее смерти, но он искал одну пуговицу. И поначалу думал, что она у Антоновой. Поэтому он послал на место преступления Зою, искать эту пуговицу. Но Зоя ее не нашла, а после узнала, что пуговица у Ирины, еще одной погибшей девушки. Теперь подумай. Шильц связан с Антоновой. Антонова связана с пуговицей. Пуговица связана с шефом. Шеф и есть Шильц.

– Зоя, значит… – Леонид задумался и не сдержал презрительной усмешки.

– Ты с ней знаком? – насторожилась Лера.

– Да пересекались пару раз… Я знал, что она в городе, но видел только один раз.

– Шеф нанял ее так же, как тебя, – заметила Лера. – Зачем ему два вора?

– Вора? – Леонид рассмеялся. – Ну ты скажешь! Она не вор. Она убийца, предатель и клеветник в одном флаконе. Ей не знакомы ни сострадание, ни совесть. Такую гадюку только поискать.

– Ты знаешь, зачем шеф ее нанял?

– Нет, нет, нет! – покачал головой Леонид. – Ты не поняла, он ее не нанимал. У них договор. Она выполняет грязную работу, а после получит процент.

– Процент с чего? – не поняла Лера.

Леонид развел руками.

– Увы, мне известно далеко не все, мон ами.

Он прошелся к окну и оперся о подоконник, там, где его не могли видеть стажёры. Эту часть окна загораживала яблоня и кусты шиповника.

– Значит, я двигаюсь в верном направлении… – пробормотала Валерия.

– Что?

– Да нет, мысли вслух. У меня есть еще один довод в пользу того, что Шильц и есть шеф. Он спонсирует конференцию, но ради чего? У него есть здесь свой интерес. И я так полагаю, связан он с теми камнями… Но, сейчас некогда рассказывать. Мне надо идти.

– Ты знаешь, где искать эту машину? – после короткого раздумья спросил Смолин.

– Не представляю, – Лера надела куртку и перекинула сумку через плечо. – Мне нельзя ходить никуда, кроме парка и университета. За мной всюду таскаются эти… – она кивнула в сторону окна, из которого была видна машина охранников. – Хотя, этот автомобиль был на другом берегу озера в день смерти Людмилы. Может быть, удастся там что нибудь найти…

– Мне кажется, я знаю, как тебе помочь, – Леонид посмотрел на улицу, потом перевел взгляд на клетку с попугаем, и мимоходом сказал. – Привет, цыпленок.

– Хам! – воскликнул Вжик, нахохлив перья. – Как помою! Как помою!

Лера укоризненно посмотрела на парня. К ней подбежал Арчи, принеся в зубах поводок.

– Как ты можешь мне помочь?

– В день убийства Людмилы я видел в парке женщину, которая фотографировала все подряд.