– Я мог бы переодеться. Ты недооцениваешь мой актерский талант?

– Дооцениваю…. подруга, – усмехнулась Лера, вспомнив его переодевание в парке. – Только ты не представляешь, на что Шахматист способен. Он не обычный человек, ход его мыслей порой непонятен даже мне. Он просчитывает события, предугадывает действия. Неужели ты думаешь, он не раскусит твой план еще на стадии звонка? К тому же… полагаю, сейчас он слышит все, о чем мы говорим.

Леонид замер с открытым ртом и поднял палец.

– Э… резонно. Не подумал. Тогда что ты предлагаешь?

– Найти белую пешку. Или саму Милу, пока еще не поздно.

– Но… он ведь и тебя пытался убить. Ты не боишься?

– Ты переживаешь за меня? С чего вдруг?

– А ты считаешь меня бездушным чудовищем? – в ответ усмехнулся Смолин.

– Нет. Просто не знаю кому доверять. Ты… ты уже бывал в моей комнате. А я до сих пор не знаю, кто подкинул жучок.

– Мне не зачем было бы подкладывать жучок, – заметил Леонид. – Я и так узнал все от тебя лично.

– Ну да…

– Подумай, кто еще мог это сделать?

– Да кто угодно! Я не знаю, может он забрался в мою комнату тайно. Но вероятнее всего, приходил сюда при мне. Здесь были и Антонина Федоровна, и Даша с Женей, и полиция… толпа людей, включая тебя!

– И кого ты подозреваешь?

Лера немного помолчала и сказала:

– Никогда не знаешь наверняка, кто на что способен. Люди, которые судят о ком то по одному поступку, напоминают мне каменных истуканов, застывших в точке времени. Они не понимают, что человек склонен меняться, и тот, кого вы вчера знали как облупленного, сегодня может превратиться в незнакомца. А иным приходится каждый день узнавать друзей заново. Но… ни один из них не смог бы рассчитать все с такой хирургической точностью. Никто из них не может быть Шахматистом. К тому же…

– Тссс! – Смолин вдруг поднес палец к губам и взглядом указан на окно.

Лера повернула голову, и лишь на секунду увидела лицо.

Кто то наблюдал за ними из за стекла, но когда она повернула голову, растворился в темноте. Девушка не успела разглядеть лицо, но черты показались ей очень знакомыми. Это был молодой парень примерно ее возраста.

Ни слова не говоря, Валерия выключила свет и подбежала к окну. Распахнула его, и, как была в тапочках и футболке, выскочила на улицу.

Луна как раз спряталась за облако, и дежурные стажеры ее не заметили.

Но парня уже и след простыл. Лера вглядывалась во мрак, но кроме веток ничего не видела.

– Кинь мне куртку и ботинки! – шикнула она.

Смолин, с тревогой наблюдавший за ней из окна, тут же принес одежду. Девушка натянула куртку, надела обувь, а тапочки бросила под окном.

– Если я не вернусь, – шепотом сказала она, – уходи отсюда. Я постараюсь с тобой связаться. Да, дай мне еще телефон, без прослушки.

– Я с тобой, – сказал Леонид, протягивая сотовый.

– Нет! – резко возразила Лера, и скрылась в шиповнике.

Леонид закрыл окно, и ему пришлось отойти. Хотя ветки и скрывали окно наполовину, оперативники могли что то заподозрить.

А Лера осторожно прошла вдоль дома, прячась за шиповником. Завернула за угол, выбралась из кустов, и внимательно осмотрелась. Она оказалась за домом, среди яблонь и вишен. За деревьями тоже стоял один из охранников, но пока девушка скрывалась за кустами, он ее не видел.

Она продолжала всматриваться в вечерний сумрак. Из за тучи вышла полная луна, и немигающим взглядом уставилась на одинокую фигурку. Только Лере вдруг показалось, что на неё смотрит не только луна.

Она подняла голову. На корявой ветке старой яблони сидел черный одноглазый ворон.