Магистр слушал спокойно, почти равнодушно.

– Анатолий не работает на Шильца. Он – брат ордена, и делал копии камней по моему поручению. Как я уже сказал, мы хотели забрать настоящий футарк во Францию, где ему и место. А копии оставить здесь, но так, чтобы никто не узнал. Анатолий мог сказать бы кодовую фразу адепту, а именно – Полонезу. Что он и сделал, если верить вашим словам. Но он никогда бы не посвятил простого человека. Эта фраза была известна лишь братьям, приглашенным на собрание.

Лера улыбнулась уголками губ и сказала.

– Тогда никаких проблем. Я уверена в своих словах.

После этого Магистр и Виктор переглянулись. Лере показалось, они общаются взглядами, так долго смотрели друг на друга. Наконец, Жак Дессанж произнес.

– Складно рассказываешь… Но есть ли у тебя доказательства?

Лера задумалась. Но – не растерялась.

– Скажите, у вас все расписано строго по минутам? – спросила она.

– Одно из главных достоинств братьев ордена – железная дисциплина, – с гордостью ответил Магистр. – Все должно быть, как условлено. Минута в минуту.

– А когда вы покидаете город N?

Виктору вопрос не понравился, и он сделал рывок в сторону Валерии. Но Магистр остановил его.

– Пусть спрашивает, – и обратился к ней. – Я улетаю ночью, в три часа. На личном вертолете.

– Ага… и что братья ордена собираются делать после демонстрации камней?

– Вместе с остальными идут на заключительную часть приема, на бал.

Лера радостно потерла руки, словно мыла их под проточной водой.

– Вы наверняка не заметили маленькой нестыковки в расписании сегодняшних мероприятий? – хитро улыбнулась она. – В двадцать пятнадцать вы демонстрируете футарк вашим братьям ордена. В двадцать тридцать начинается фейерверк и бал. И почему то только в двадцать тридцать пять вы встречаетесь с Полонезом. Пять минут с начала фейерверка и до вашей встречи – идеальное время для подмены. Братья уйдут, у Шильца будет время, чтобы подменить камни! Раз вы улетаете ночью, у него не будет времени сделать это позже.

Лера умолчала еще об одной детали. В записке, которую она видела в кабинете Иванны в 20.30 значилось одно слово – рокировка. То есть, подмена. Но как бы Лера не подозревала Иванну, она не хотела подставлять ее и говорить об этом Магистру.

А Магистр, тем временем, перевел тяжелый взгляд на Виктора. Во время разговора юноша не проронил ни слова. Но сейчас в ответ на взгляд Жака Дессанжа, он кивнул. И Магистр спросил у Валерии.

– Если все, что вы говорите, правда, зачем Шильцу нужен я? Зачем столько мороки с этой экспедицией и конференцией? Он потратил немало средств, чтобы проспонсировать все это.

Лера невозмутимо ответила.

– А вы бы приехали в Россию, если бы он просто сообщил, что нашел футарк?

– Нет. Вы не представляете, сколько раз я слышал от адептов, что они нашли камни. А здесь обычный человек, непосвященный… Я бы не стал тратить свое время, в погоне за призрачным футарком. Послал бы кого нибудь из посвященных удостовериться в подлинности. Но, поскольку подлинность в данном случае неоспорима, я приехал сам. Мне непонятно одно – зачем я ему? Едва ли его цель взять меня в заложники. Тамплиеры нынче совсем не те, что раньше. Скажем так, теперь это лишь… – Магистр усмехнулся, – клуб по интересам. Закрытый, с древними традициями и духовностью, но всего лишь клуб. И за меня не дадут большого выкупа.

Лера заметила, что при этих словах Виктор на секунду переменился в лице. И подумала, что Магистр явно преуменьшает ценность своей жизни.

– Нет, вы ему не нужны, – все же сказала она. – Полагаю, он хочет выкрасть вещь, которая вам принадлежит.