Опытная журналистка никогда не спешила с выводами, а потому и сейчас не стала сходу обвинять Антона. Хотя фраза наводила именно на эту мысль. Несмотря на то, что в случае с Милой все по другому.

– А несколько дней назад он приходил в полицию, хотел в чем то признаться. Только передумал, все решили, что он не в себе.

– Хорошо, а что говорит сам Антон? Зачем он сказал это?

– У него сильный шок. Пока ничего вразумительного добиться не удалось. К сожалению…

– Еще бы… – притихшая Даша слушала историю, затаив дыхание. – Его обвиняют в убийстве собственной жены. А сына он лишился не так уж и давно. Такого лютому врагу не пожелаешь…

– Ты погоди, дальше слушай. Труп Милы пропал.

– Как?! – Даша во второй раз чуть не подскочила со своего места. Но печальный опыт с пролитым чаем – благо, что остывшим – вовремя осадил ее.

– Хотелось бы знать.

Арчибальд подошел к хозяйке и положил тяжелую голову на колени. Девушка запустила руки в шерсть и потрепала любимца за ушами.

– И в этом тоже обвиняют Антона? – даже Даша, привыкшая к разным новостям, теперь ошарашено качала головой.

– В том то и дело, что нет. К тому моменту его уже увезли. С одной стороны исчезновение трупа могло бы служить доказательством его невиновности, ведь похититель наверняка и есть настоящий убийца.

– А с другой?

– Если в крови Антона не обнаружат снотворного, его могут обвинить в преступном сговоре. Теоретически, тело мог похитить его сообщник.

– Чушь какая, – фыркнула Даша.

– Конечно. Но в полиции к ней давно привыкли.

– Не понимаю, зачем кому то красть тело… – не унималась журналистка. – Ладно бы, хотели скрыть личность погибшей, так ведь ее уже все видели! Видели, что она мертва, определили способ убийства…

– А вот тут ты не права, – перебила Валерия. – Именно способ убийца и хотел скрыть.

– Не надо говорить загадками, – Даша помотала головой. – Ее ведь утопили?

– Не совсем. Вряд ли в легких обнаружилась бы вода – волосы были сухими. Сначала Милу задушили, пакет оставили на голове. Вода в него не попала. Это раз. Два – на локте Милы обнаружены две отметины от шприца. Что за вещество ей вкололи и зачем – неясно. Для чего травить уже мертвого человека? Убийца хотел скрыть следы преступления, способ убийства, который наверняка доказал бы невиновность Антона, а может и раскрыл истинные мотивы. Поэтому труп похитили. Как это возможно сделать за пару секунд, прямо под носом у полиции – другой вопрос. Полагаю, люди усмотрят в этом мистику, распустят сплетни про Лохнесское чудовище, но я уверена, что всему есть логическое объяснение. И я должна его найти.

– Тебе уже известно что то, о чем не знает полиция? – осенило Дашу.

– Бери выше, – усмехнулась Лера. – У меня есть три подозреваемых…

– Подруга, я с тебя тащусь! И ты расскажешь мне, кто они и как попали в поле зрения твоего грозного ока?

– Да. Но сперва взгляни на это.

Лера порылась в кармане джинсов и выудила оттуда смятый листок. Тот самый, который обнаружила в доме Антона, под обложкой томика Булгакова.

– Что скажешь?

Журналистка взяла листок и ладонью расправила его на столе. Она всегда лучше подруги разбиралась в «бытовых мелочах», как называла это Валерия. Во всем, что касалось простой, самой обыкновенной жизни.

– Двадцать цифр. Похоже на банковский счет.

– А что обозначает буква К?

– Вот уж не знаю, – Даша вернула бумажку. – А что это? Очередной секрет?

– Нет, – Лера пожала плечами и положила листочек перед собой.