Все складывалось слишком гладко, чтобы длиться долго. Не прошло и пяти минут после поворота с дороги от Корбие на Рут-дю-Сад, как Мартиньи увидел на обочине два мотоцикла военной полиции. Один из полицейских вышел на дорогу, освещенную лунным светом, и поднял руку. Мартиньи немедленно затормозил.

— Военная полиция, — предупредил он Галлахера. — Пригнитесь ниже.

Мартиньи открыл дверь и вышел из машины.

— В чем дело? — При виде его формы, полицейские вытянулись по струнке. Один из них продолжал держать в левой руке дымящуюся сигарету. — Аа, понятно, то, что можно назвать перекуром, — сказал Мартиньи.

— Штандартенфюрер, не знаю, что и сказать, — откликнулся курильщик.

— Лично я считаю, что самое лучшее, не говорить ничего. — Тон, которым произносились эти слова, был как-то особенно угрожающим. — Так что вы хотели?

— Ничего, штандартенфюрер. Просто нам нечасто приходится видеть транспорт в этих местах в такое время.

— Ну что ж, вы должным образом выполняете свои обязанности. — Мартиньи достал свои документы. — Вот мое удостоверение СД. Поторопитесь! — Он повысил голос, и он стал хриплым и неприятным.

Полицейский едва взглянул на удостоверение и трясущейся рукой протянул его Мартиньи.

— Все в порядке.

— Вот и хорошо. Тогда вы можете вернуться к своим обязанностям. — Мартиньи сел в машину. — Что касается курения, я бы посоветовал быть более осмотрительными.

Он уехал. Галлахер сказал приглушенно:

— Как вам удается звучать так убедительно по-нацистски?

— Практика, Шон, только практика. Много практики, — ответил Мартиньи и свернул на Ля-Рут-Оранж и двинулся к Ред-Хаусес.

Как только они подъехали к коттеджу, Сара открыла дверь.

— Все нормально?

— Да, — ответил ей Галлахер, входя за Мартиньи в дом. Мы столкнули машину с обрыва около Ля-Мой и позаботились, чтобы она загорелась.

— Это было необходимо? — спросила, вздрогнув, Элен и обхватила себя руками.

— Мы хотим, чтобы он был найден, — объяснил Мартиньи. — И если часовые на береговых укреплениях даже наполовину спят, они не могут не заметить пламени. С другой стороны, мы не хотим, чтобы он оказался в хорошем состоянии, поскольку тогда будет необходимо искать объяснение ножевой раны.

— Следует понимать, что у вас не возникло никаких проблем? — поинтересовался Келсоу.

— На обратном пути нас остановила военная полиция, — рассказал Галлахер. — Я спрятался, а Гарри продемонстрировал свои нацистские замашки. Нет проблем.

— Так что осталось только Гвидо поговорить с Савари, — подытожила Сара.

— Нет, — откликнулся Мартиньи. — На самом деле весь план существенно изменился.

Ответом было всеобщее изумление.

— Господи милостивый, что вы еще придумали? — спросил Галлахер.

Мартиньи закурил сигарету, встал спиной к огню и сказал спокойно:

— Вам лучше всем сесть, тогда я расскажу.

14

На следующий день в девять утра Галлахер поехал в Сент-Хелиер с двумя мешками картофеля в фургоне. На этот раз он не заглядывал на центральный рынок, а сразу отправился на базу снабжения армии, что располагалась в старом гараже на Уэсли-стрит. Первые грузовики с продуктами для армейских подразделений, находившихся в разных частях острова, выезжали обычно в восемь тридцать, что Галлахер и учитывал, планируя свой визит.