— Ему досталось, да и нога ужасно болит.

— У нас у каждого своя боль, — сказал Мартиньи.

Когда он уже открывал дверь, Галлахер положил ему руку на плечо.

— Он прав? Относительно пули в голову, я имею в виду.

— Не исключено, — ответил Мартиньи. — Мы должны посмотреть, что можно сделать, не так ли? Теперь, я думаю, мне тоже не повредит ванна.

В Лондоне Дагел Манроу был еще дома и как раз заканчивал завтракать, когда пришел Джек Картер.

— Несколько странных новостей о Джерсимене, сэр.

— Начните с худшей, Джек.

— Мы получили сведения от Крессона. Все прошло в соответствии с планом, Мартиньи и Сара отплыли из Гранвиля на Джерси прошлой ночью.

— И?

— Мы получили еще одно сообщение от Крессона, в котором говорится, что прошел слух, что конвой попал в переплет. Был атакован торпедными катерами. У них нет никаких надежных фактов.

— А у вас?

— Я связался с морской разведкой. Несомненно, что торпедные катера датского королевского военного флота с базы в Фалмуте напали на конвой. Они утверждают, что потопили одно из грузовых судов. Их отогнал эскорт.

— Господи, Джек, не предполагаете же вы, что Гарри и девочка Дрейтон были именно на этом судне?

— Мы этого не знаем, и что хуже, нет возможности это выяснить.

— Именно. Поэтому сядьте, Джек, перестаньте беспокоиться об этом и выпейте чаю. Знаете, в чем ваша беда, Джек? — Манроу взял тост. — Вам не хватает веры.

Сара вымыла голову с самодельным жидким мылом, которым ее снабдила Элен. Но выглядела по-прежнему всклокоченной. Когда в ванную зашла Элен и увидела ее, то сказала:

— Не годится. Тебе нужен парикмахер.

— Разве такое еще возможно?

— О, да, если поехать в Сент-Хелиер. Основные заведения еще функционируют. Рабочий день сократился. Большинство из них работают два часа утром и два часа во второй половине дня.

Элен стала расчесывать Саре волосы, чтобы придать прическе сравнительно приемлемую форму. Сара спросила:

— Как вам здесь живется?

— Сказать, что хорошо, никак нельзя, но и не очень плохо, если правильно себя вести. Очень многие считают, что с немцами можно ладить, и ладят, но стоит сделать шаг в сторону, и последствия непредсказуемы. Они даже заставили штат Джерси принять антисемитские законы. Многие пытаются оправдаться, говоря, что все равно все евреи уехали, но я знаю двоих, которые живут в Сент-Бреладе.

— Что будет, если немецкие власти о них узнают?

— Бог знает. У нас людей отправляли в концентрационные лагеря, о которых мы слышали, за то, что они прятали русских невольников, которым удавалось сбежать. У меня есть подруга, учительница в колледже для девочек здесь, на Джерси, так у ее отца есть запрещенный радиоприемник. Она обычно распространяла новости БиБиСи, разумеется, только среди близких друзей, пока анонимное письмо не привело в дом Гестапо. Ее отправили на год в тюрьму во Францию.

— Анонимное письмо? От кого-то из местных? Это ужасно.

— В семье не без урода, Сара. И Джерси не является исключением в этом смысле. Но есть и другие. Почтовый служащий в отделе сортировки писем старается потерять возможно больше писем, адресованных в штаб Гестапо. — Она прекратила расчесывать Саре волосы. — Это лучшее, что я могу сделать. — Сара села, надела шелковые чулки и пристегнула их. — Боже мой! — воскликнула Элен. — Я не видела ничего подобного в течение четырех лет. А это платье! — Она помогла Саре надеть его через голову и застегнула молнию.