Иногда она мечтала, чтобы кто-нибудь пригласил ее на свидание, но этого не случалось. Как бы они ни восхищались ее телом в бикини, но, увидев рядом Сонет, сразу поворачивали назад. Она их не винила. Нина любила всеми клеточками свою дочь, но ей было нелегко. Конечно, кому понравятся памперсы, ночные бдения, детские болезни.

Она научилась чувствовать себя счастливой, довольной своей жизнью. Они все еще были лучшими подругами с Дженни Маески. Дженни потеряла любимого деда и теперь должна была помогать бабушке в булочной, отложив планы на будущее. Они редко виделись. В подругу были влюблены два парня, и она никак не могла сделать выбор. Нина старалась не завидовать своим сверстникам, когда видела, как они допоздна гуляют на вечеринках, ездят парочками в кино на открытом воздухе. Собираются в город учиться в колледже, где их ждут приключения, которые ей не суждено испытать.

Она себя уговаривала, что зато у нее есть Сонет, которая, безусловно, была самым красивым, самым талантливым и умным ребенком на свете. Разумеется, и другие родители считали такими же своих детей, но Сонет действительно была умной и красивой девочкой. Это утешало Нину в долгие бессонные ночи, когда ей хотелось, чтобы ее обняли не детские ручки, измазанные ореховым маслом, а сильные мужские руки. Когда физическое томление становилось невыносимым, она могла встретиться с кем-то и переспать, приглушив на время голод плоти. Но это было нелегко.

Нина увидела, что Сонет нашла друзей. Маленькие дети умеют быстро наладить отношения, встретившись, тут же начинают играть вместе. Сейчас Сонет подружилась с маленькой белокурой девочкой, которая сейчас сосредоточенно набивала совочком ведерко. Не сводя глаз с дочери, она хотела сесть на песок, но натолкнулась на чужие колени.

— О, извините, я и не видела вас.

— Нет проблем. Здесь места хватит для всех.

Нина нахмурилась, тон показался фамильярным. И замерла. А он одобрительно оглядел ее с головы до ног.

— О, привет.

Непонятно, узнал он ее или нет. Она-то узнала его мгновенно, но предпочитала притвориться, что они незнакомы. Да и как она могла забыть. Это был Грег Беллами, со своими широченными плечами, взглядом победителя и… с обручальным кольцом на пальце.

Значит, он снова в Авалоне. Это было неожиданно, Беллами редко приезжали после закрытия лагеря «Киога». Семья продолжала там проводить лето, но в остальное время место пустовало, напоминая теперь памятник прошлому или его призрак.

— Здесь живете? — спросил он.

Он что, с ней заигрывает? Носит обручальное кольцо и засматривается на женщин в бикини.

— Нет. — Она продолжала взглядом следить за Сонет. Неужели он ее не помнит?

— О, я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — вдруг услышала она. — Продолжать делать вид, что мы никогда не встречались, или напомнить о наших встречах.

Она не отвела взгляда от дочери, но улыбка тронула углы рта.

— Ты угадал, Грег.

— У нас семейный пикник в «Киоге», но моя жена предпочитает оставаться в гостинице. — Он взял лежавшую рядом камеру и сделал снимок двух девочек, увлеченно игравших на песке.

Нина вспомнила утонченную блондинку рядом с Грегом. Она появилась с ним рядом вскоре после того, как Грег провожал Нину домой из загородного клуба. Жизнь Нины в тот вечер изменилась бесповоротно, но тогда она об этом еще не знала. На прощание Грег сказал ей фразу, которую она запомнила навсегда. «Если бы ты была постарше, все между нами могло сложиться иначе».

Теперь она стала старше, но он вряд ли помнит свои легкомысленные слова. Он женат.

Чтобы скрыть смущение, она снова стала смотреть на детей.