Они работали с невероятной скоростью. Каждое прикосновение души к камню полировало поверхность. Грубые черты лица Кахорта становились всё более чёткими, совершенными. Складки одежды прорисовывались до мельчайших деталей.

Вскоре по чёрному силуэту статуи пошли паутинки трещин. Сначала тонкие, едва заметные, потом всё шире и глубже. Каменная оболочка треснула и осыпалась пылью. Под ней обнажилась живая плоть.

Трёхглазый воин сделал глубокий вдох и громко рассмеялся. Звук прокатился по сводам храма, отражаясь от стен многократным эхом.

Поздравляем! Вы выполнили задание: Жатва III.

Ваша награда: неизвестно.

Слава повышена до 64 пунктов (+5).

— Наконец-то я свободен! — голос Кахорта зазвенел торжеством. — Сотни зодов заточения окончены!

Он внезапно развернулся и уставился на меня всеми тремя глазами. Взгляд пронзил насквозь. Я попробовал пошевелиться, но тело не слушалось. Какая-то невидимая сила придавила к полу тяжестью целой горы.

Кахорт двинулся в мою сторону неторопливой походкой.

— Пора и тебя освободить, ученик, — проговорил он назидательным тоном. — Настало время принести великую жертву во славу Парадигмы.

Внутри всё перевернулось от ужаса. Значит, я и вправду был всего лишь пешкой в его игре. Драксус предупреждал, но я не послушался.

— К чёрту такие награды! — процедил я сквозь зубы, собрав остатки злости. — Будь ты проклят вместе со всем Архипелагом! Прости меня, братишка! Я тебя подвёл!

Злодей шагал медленно, смакуя каждый момент моего отчаяния. Его рука скользнула к ножнам на поясе. В пальцах блеснул кинжал с волнообразным лезвием. Металл излучал тусклое красное свечение.

Кахорт достал из увесистой кожаной мошны квадратный камень толщиной в два пальца. Он присел рядом и аккуратно положил предмет прямо перед моим лицом. Затем выхватил сердце острова из крепко сжатой ладони и поднялся во весь рост.

— Первого ранга? — в голосе Кахорта прозвучало удивление. — Тебе крупно повезло, ученик!

Он театрально раздвинул руки в стороны, держа их параллельно полу. В правой ладони пульсировало сердце острова, в левой поблескивал ритуальный кинжал.

— Я приношу это сердце в жертву и прошу Великую Парадигму не гневаться на своего смиренного слугу!

Кинжал вонзился в пульсирующую плоть. Сердце острова издало глухой гул.

Началось настоящее световое шоу. Из раны вырвались потоки душ, словно вода из прорванной плотины. Обычные искорки светились бледно-голубым, но среди них мелькали и великие, пылающие тёмно-синим. Весь этот калейдоскоп устремился к квадратному камню перед моим лицом.

Души кружились вокруг предмета с бешеной скоростью, сливаясь в ослепительный водоворот. Воздух дрожал от накопленной энергии, я почувствовал, как здесь становится жарко. Свет стал настолько ярким, что пришлось зажмурить глаза и отвернуться.

— Поднимись, — услышал я голос Кахорта спустя время, которое показалось целой вечностью.

Я открыл глаза и увидел перед собой ноги наставника. Кровь давно исцелила все повреждения, пока я лежал под тяжестью невидимого пресса. Мышцы снова слушались, боль исчезла. Я поднялся на ноги, чувствуя, как силы возвращаются в затекшее тело.

Взгляд сразу зацепился за кругляш размером с орех фундука, который Кахорт держал между большим и указательным пальцем. Значит, это то, что осталось от квадратного камня. Блестящий черный артефакт был испещрён кровавыми рунами, похожими на те, что украшали стены храма. Символы слабо пульсировали.

Наставник протянул мне предмет с торжественным видом.

— Твоя награда, ученик.