Я замер оценивая окружающее протранство. Карта на планшете показывала лишь хаотичное мерцание. Что в целом подтверждали воспоминания Алекса. В разломах не работает сложная техника. Именно поэтому охотники и страже больше полагаются на холодное оружие и техники, а не на огнестрел и электронные приблуды. В целом все было понятно. Этот мир хотел меня сожрать, а я хотел сожрать его. Почти честный обмен.

Чёрное солнце в моей груди почувствовало приближающуюся тварь куда раньше меня. Оно дёрнулось, словно голодная собака, учуявшая мясо. Волна холодного предвкушения прокатилась по телу.

Сжимая в руке кухонный нож, я пытался понять откуда будет атака. Мягко говоря не самое лучше оружие против тварей из металла, но нужно уметь пользоваться любыми ресурсами.

Первый жук появился практически бесшумно. Он выкатился из-за искривленной металлической балки. Монстр был размером с крупную собаку. Особенно если эту если собаку скрестить с танком и ожившим кошмаром. Панцирь был настоящим произведением искусства. Наслоения хитина и живой стали, отполированные до матового блеска, переливались в тусклом багровом свете. Броня без единого видимого изъяна. Каждый сегмент подогнан с точностью часового механизма.

Но даже у подобных тварей обычно есть слабые места. Вот только суставы, сочленения, нижняя часть брюшка, то что обычно уязвимо, были надежно прикрыты дополнительными пластинами. Природа или что там породило этого уродца явно не экономила на защите.

— Отлично, — пробормотал я, медленно отступая. — Бронированный жук размером с ротвейлера. Именно то, о чём я мечтал.

Он атаковал без предупреждения. Без угрожающего жужжания, просто резкий бросок с невероятной для его массы скоростью. Острый, как бритва, шип на голове просвистел в сантиметре от моего горла.

Но инстинкты отточенные столетиями битв среагировали раньше сознания. Тело само ушло в сторону и уродец пролетел мимо. Попытка сломать ему заднюю лапу при приземлении была откровенно плохой идеей. А можно мне снова выдать Кайла с дружками?

Удар отозвался в моей ноге онемением, будто я пнул бетонный блок. Болевой импульс прошёл по икре, заставив зубы скрипнуть. Жук лишь дёрнулся и развернулся с пугающей ловкостью для подобной массы. Из под панциря выдвинулись солидные клешни, судя по виду способные перекусить мне руку одним движением.

— Хорошо, — выдохнул я, кружа вокруг твари. — Значит, силовой подход не работает. План Б — найти, где эта консервная банка открывается.

Фасеточные, тусклые глаза твари безжизненно смотрели на окружающий мир и лишь когда они видели меня в них поднималось пламя голода. Тварь хотела сожрать меня, на его беду охотник из нас двоих именно я. В очередной раз промахнувшись жук переросток использовал на меня звуковую волну. Наверное он хотел меня оглушить этим навыком, чтобы потом спокойно добить. Вот только делал это так медленно, что меня уже не было на линии атаки.

Чёрное солнце почуяло чужую энергию запертую в этой броне. Ощущение от мертвого ядра заполнили мое сознание. И голод ядра, на секунду, стал моим голодом.

Терпение, — процедил я сквозь зубы, уходя от очередного выпада. — Сначала надо найти, как снять с него эту проклятую скорлупу.

Я перешел в наступление — если это можно было так назвать. Кухонный нож в моей руке был насмешкой над самой идеей оружия. Лезвие скользило по панцирю, оставляя лишь белые царапины, даже не царапая защитное покрытие.

Жук атаковал снова и снова. Бросок, удар клешнями, попытка пронзить шипом. Его движения были предсказуемыми, но при этом достаточно быстрыми, чтобы я осторожничал. Я кружил вокруг твари, как хищник, изучая каждый её жест, каждое сочленение брони.