Вздохнув полной грудью, девушка поднялась на крыльцо фермерского дома. На бельевой веревке сушились выстиранные рубашки, на вид обледенелые – до того на улице был холодно. Из трубы валил дым, в глубине участка вращала крыльями большая мельница. В морозном воздухе витал дрожжевой запах свежеиспеченного хлеба.

Эмили глянула через плечо. Прищурившись, она внимательно всматривалась в ряды пожухлых стеблей кукурузного поля, оставшегося позади. Может, «Э» и сейчас за ней наблюдает? Она подняла руку и три раза стукнула в дверь. Нервы звенели. Пожалуйста, пусть Эли будет там, заклинала она про себя.

Послышался скрип, потом громкий стук. Какая-то фигура выскочила из задней двери и кинулась в кукурузу. Это был парень примерно возраста Эмили – в пуховике, джинсах и ярких красно-синих кроссовках. Он мчался со всех ног, не оглядываясь.

Сердце в груди Эмили загрохотало. Спустя мгновение отворилась передняя дверь. На пороге стояла юная девушка в платье как у Эмили. Ее каштановые волосы были стянуты в узел, губы алели, будто их недавно целовали. Недовольно сощурившись, она молча рассматривала Эмили. От разочарования у той екнуло в животе.

– Э… меня зовут Эмили Штольцфус, – выпалила она, назвавшись именем из записки «Э». – Я из Огайо. Ты Люси?

В лице девушки промелькнул испуг.

– Да, – медленно отвечала она. – Ты приехала к Мэри? Будешь на ее свадьбе на выходных?

Эмили заморгала. «Э» не упоминал ни про какую свадьбу. Возможно ли, что Мэри – это новое имя Эли, которое она взяла, примкнув к общине амишей? Может, ее насильно выдают замуж и «Э» отправил сюда Эмили, чтобы она спасла подругу? Только ведь обратный билет на автобус у нее на пятницу после обеда, чтобы вернуться в Роузвуд одновременно с молодежной группой из Бостона. Если она останется здесь до субботы, у родителей это вызовет подозрения.

– Я приехала, чтобы помочь с приготовлениями к свадьбе, – сказала она, надеясь, что ее ответ не воспримут как полнейшую глупость.

Люси устремила взгляд куда-то за спиной Эмили.

– А вон и Мэри. Не хочешь с ней поздороваться?

Эмили проследила за ее взглядом. Мэри была гораздо ниже ростом и полнее, чем Эли… Ну, или та девушка, которую Эмили повстречала в горящем лесу два дня назад. Черные волосы Мэри были собраны в тугой узел, на лице выделялись пухлые щеки.

– Э… успею еще, – хмуро произнесла Эмили, чувствуя, как трепещет сердце в груди. Она снова повернулась к Люси, пытливо всматриваясь в ее лицо. Та плотно сжимала губы, словно скрывала какую-то тайну.

Люси шире распахнула дверь, приглашая Эмили в дом. Они прошли в гостиную – большую квадратную комнату, которую освещал только газовый фонарь в углу. По стенам стояли деревянные столы и стулья кустарной работы. В углу на книжной полке – банка с сельдереем и толстая потрепанная Библия. Люси прошествовала на середину комнаты и оттуда пристально посмотрела на Эмили.

– Где ты живешь в Огайо?

– М-м… близ Колумбуса, – ответила Эмили, назвав первый пришедший в голову огайский город.

– А-а. – Люси почесала затылок. Должно быть, ответ ее удовлетворил. – Тебя направил ко мне пастор Адам?

– Да?.. – неуверенно произнесла Эмили, сдавленно сглотнув слюну. Она чувствовала себя как актриса, играющая в спектакле, сценарий которого ей никто не удосужился показать.