Девушка попятилась, оступилась и упала на спину. Между колосьями оказалась вода, в которую Нора сразу ушла с головой. Забилась, запуталась в стеблях и опустилась ещё ниже. Вода здесь была чистая, с лёгким белым отливом, словно она решила открыть глаза в своей ванне.

Нора потянулась, схватилась за керамические бортики и вынырнула. Снова у себя в квартире, в ванне, наполненной до краёв.

Рядом в раковине сидел взъерошенный мокрый кот.

– Вот олух! – ругался он. – Всё понял совсем не так! При жизни был дебилом, дебилом и остался.

* * *

Зоя сидела на кухне и нервно стучала ногой. Анафид ворочался где-то в спине и неприятно похрюкивал.

Звякнул звонок, повернулся ключ. Зоя подскочила и побежала в прихожую.

«Удивительно, – прокомментировал анафид, – не прошло и недели. Эх, был бы я пошустрее, могли бы проскочить. Но ты же сопротивляешься, не даёшь мне власти».

Зоя пропустила это замечание мимо ушей. Давать власть бесу означало потерять себя. Даже если он наиграется и отпустит тело, от души ничего не останется. Жалкие обрывки, которые даже для слухов не годятся.

– Привет, я Глеб. – На пороге показался высокий худощавый парень. В руках он держал пакет с газировкой и сладостями. – Решил немного разнообразить твой день. Босс отправил проследить, чтобы всё было хорошо, пока он решает вопросы.

Зоя кивнула.

Глеб оказался очень разговорчивым. Поведал про всю свою рабочую неделю, поделился переживаниями на тему Зоиной ситуации, а ещё рассказал, что на стражника вообще не учат, приходится самому всё выяснять.

– Вот прикинь, напала на автобус стая собак, причём явно не настоящих, а тех.

– Тех?

– Ну, дохлых уже, – пояснил Глеб. – А тебе не объясняют, как с ними бороться, просто выходят и фигачат.

– Кто кого фигачит?

Зоя ничего не понимала из того, что трещало радио «Глеб», и в какой-то момент вообще выпала из разговора.

– А потом наши решили, что изгонять всех этих бесов очень затратно, поэтому мы больше таким не занимаемся, – выдал Глеб, когда Зоя уже задремала.

Анафид дёрнулся, Зоя от неожиданности вздрогнула.

– В смысле? – Ей не верилось, что это правда, может, послышалось?

Не могло же быть на самом деле так, что жертв нечисти не спасали. Глеб понял, что сболтнул лишнего, и поспешил исправиться:

– Я имею в виду, что мы совсем сложные случаи… – Он замялся. – Короче, если от души ничего не осталось, то и спасать там нечего. Вот.

Анафид напрягся, Зоя выжидательно смотрела на Глеба, а тот стал копаться в мешке с гостинцами в поисках неизвестно чего.

– И как вы понимаете, что можно не спасать? – вкрадчиво уточнила Зоя.

Глеб поднял глаза на девушку:

– Не знаю, я же ещё стажёр.

Анафид захохотал. Зоя чувствовала, как запульсировала спина, задёргался позвоночник, отчего отдавало в голову. Она обхватила себя руками и скрючилась на стуле.

– В тебе же анафид? – Олух явно не понял, какой эффект произвели его слова. – Говорят, что на очередной поворот Колеса он может раздвоиться и захватить сразу два тела.

Нечисть заинтересовалась, покрепче вцепилась в Зою и спросила её голосом:

– А уже бывали такие случаи?

– Босс говорил, что да.

Анафид удовлетворённо заворчал.

В момент, когда чёрт влетел в спину и свет померк, Зоя подумала, что это конец. Когда Скат Иваныч нарисовал на позвоночнике какой-то знак, сказав, что это затормозит анафида, пока они ищут способ вытащить его из тела, надежда вернулась.