|
— У нас, знаете ли, есть старинная поговорка: «Оставьте мертвых там, где они упали». Якоб опустил скрещенные на груди руки и встал между Картером и аль-Калли. — Я ведь говорил вам, когда нанимал, — продолжил меж тем аль-Калли, — что готов отдать все человеку, который вылечит моих животных. — Но определенный прогресс уже налицо, — сказал Картер, следя за каждым движением Якоба. Он не осмелился обойти его. — Однако я не говорил вам, — столь же многозначительным тоном добавил аль-Калли, не обращая внимания на последнюю реплику Картера, — что не потерплю и не прощу тех, кто не преуспеет. Это ведь справедливо, вы так не считаете? Картер не знал, что и ответить. И тут вдруг заметил, что аль-Калли изумленно уставился на входные двери в бестиарий. Рука Якоба скользнула вниз, к кобуре на поясе, но не успел он выхватить пистолет, как чей-то громкий голос произнес: — Даже думать не смей! Не дергаться, мать твою! Картер резко обернулся, Грир — тоже, и они увидели мужчину в армейском обмундировании, огромного, толстого, с коротенькой стрижкой ежиком и рюкзаком, перекинутым через плечо. Он шагнул в помещение, сжимая в опущенной руке автомат. Мало того, за ним маячили еще двое здоровенных парней, тоже в военном обмундировании, и вооружены они были алюминиевыми бейсбольными битами. Один лишь Грир сразу понял, что происходит. — Садовский, — произнес он, качая головой. — Ну уж на этот раз тебе точно несдобровать. — Разве? А лично мне так не кажется. — Садовский оглядел огромное помещение. — Так это и есть тот зоопарк, о котором ты говорил? Однако никакой живности тут что-то не видать. Аль-Калли устремил на Грира пронизывающий взгляд. — Так вы знаете этого человека? — спросил он. — Вы рассказали ему об этом месте? И тут Картер узнал здоровяка. Тот самый парень, с которым они с Делом столкнулись во время прогулки в горах, тот самый тип, который напал на девушку и ее друга. И он сразу понял, что ближайшие несколько минут или секунд следует соблюдать предельную осторожность, потому как такая встреча может закончиться чем угодно. Кого-то ранят, а может, даже и того хуже… — Он был моим подчиненным в Ираке, — сказал Грир. — Как там вас… вроде бы Садовский? — спросил аль-Калли у незваного гостя. — Вы вторглись на территорию частной собственности, и я имею полное право убить вас на месте. Садовский приподнял автомат на несколько дюймов и вместо ответа выпустил очередь. Пули веером легли у ног аль-Калли, вздымая фонтанчики пыли. Но, к удивлению Картера, аль-Калли даже глазом не моргнул, сохранял полную невозмутимость. Точно был бессмертен. Животные услышали выстрелы. И внезапно из клетки, где находился грифон, послышался вой, затем раздраженно зафыркал один из василисков. Феникс, сидевший на жердочке высоко у них над головой, испустил дикий протяжный крик, кричал он в тысячу раз пронзительнее, чем павлины, даже Садовский вздрогнул и поднял глаза. — А это что за хрень? — спросил он. Огромную птицу по-прежнему скрывало наполовину набитое соломой гнездо. — Тебе этого лучше не знать, — сказал Грир. — И вообще, советую вам, ребята, валить отсюда и побыстрее… пока еще можете. Картер не понимал, чего больше боится — того, что сейчас могут ранить или убить кого-то из людей или животных, уникальных, последних на земле, каким-то чудом уцелевших и сохранившихся на протяжении тысячелетий. |
