Лорен достал сигарету, закурил. Бэнкрофт и Уэйман вылезли из машины, подошли к нему.

– Почему он использует агентство Барнса, а не наших людей? – спросил Лорен Уэймана.

– Анджело им не доверяет. Он вспомнил, что при испытаниях модели с шестицилиндровым двигателем воздушного охлаждения его чертежи попали к «Шеви» чуть ли не раньше, чем легли на ваш стол.

– Анджело не доверяет никому, кроме инженеров, механиков и водителей испытателей, – добавил Бэнкрофт. – Где же этот чертов Дункан?

Он подошел к будке.

– Вы говорили с ним? – спросил он охранника.

– Нет, сэр. Он на трассе с водителем. Но ему все передадут.

– О господи! – Бэнкрофт выудил из кармана сигару, сунул в рот, но раскуривать не стал и вернулся к Лорену и Уэйману.

Зарядил мелкий дождь, и они залезли в машину. Прошло десять минут, прежде чем к воротам подъехал автомобиль. Из него вылез Дункан, дал знак охраннику, и ворота раскрылись. Он направился к их машине.

– Извините за задержку, но мы вас не ждали.

– Все нормально, Джон, – успокоил его Лорен. – Я столько слышал о вашем детище, что разом собрался, решив посмотреть на него.

Дункан улыбнулся.

– Я рад, что вы приехали. Езжайте за мной.

Следом за ним они добрались до испытательного кольца. Поставили машины на стоянку. Вылезли.

– Пройдем в гараж, – предложил Дункан. – Там сухо.

Под дождем они зашагали к гаражу, расположенному внутри кольца. Несколько мужчин играли за столом в карты. Девушка, свернувшись калачиком на диване, читала книгу в мягкой обложке.

– Мужчины – механики, – пояснил Дункан. – Девушка – из команды испытателей.

Бэнкрофт оценивающе оглядел ее.

– Анджело и тут не прогадал.

– Среди водителей женщины составляют пятьдесят процентов, и очень редко автомобили покупаются без их одобрения. Анджело пришел к выводу, что при разработке новой модели необходимо учитывать их точку зрения.

– У этой дамы есть и другие достоинства, – гнул свое Бэнкрофт.

– Она – первоклассный испытатель.

– Где машина? – спросил Лорен.

Дункан подошел к электронному пульту и нажал кнопку. Замигали разноцветные лампочки.

– Проходит мимо контрольного пункта три в дальнем конце испытательного кольца, – нажатие другой кнопки, и по дисплею побежали цифры. – Входит в крутой поворот на скорости семьдесят одна и шестьсот двадцать семь тысячных мили в час, – высвеченное число начало уменьшаться. – Пятьдесят две мили, сорок семь и шесть десятых. Это на серпантине.

Дункан повернулся к ним.

– Смотрите на дисплей. На прямой скорость будет возрастать, и мимо нас она промчится, делая сто шестьдесят миль в час.

Они и так не отрывали глаз от экрана. Цифры начали быстро меняться. За считанные секунды скорость перевалила за сто сорок миль и продолжала расти. Издалека До них донесся рев двигателя.

Он ревел все громче, и они двинулись к двери гаража.

Сквозь пелену дождя просвечивали две белые точки. И чуть ли не мгновенно они превратились в слепящие шары, машина молнией пролетела мимо и растворилась в сером дожде.

– Сто шестьдесят восемь, семьсот пятнадцать тысячных, – услышали они голос Дункана, оставшегося у пульта.

– Какова максимальная скорость? – Лорен вернулся к пульту.

– Пока мы зафиксировали сто девяносто одну милю.

Но сейчас дождь, и я запретил разгоняться больше ста шестидесяти пяти.

– Сколько миль прошла машина?

– Тридцать восемь тысяч. Еще через две тысячи мы проведем полное техническое обслуживание и снова отправим ее на испытательное кольцо.