– C'est pas possible!  – прошептала она ему в ухо. Он все еще лежал на ней, но член его уже уменьшился в размерах. Француженка улыбнулась. Да, в конце концов женщина всегда побеждает. А мужская сила приходит и уходит.

Он встал.

– Мне надо одеться, пока кто нибудь не пришел сюда и не увидел нас.

– Да, – кивнула Роксана. – Я вам помогу.

Но они не знали, что их уже видели. Новобрачная решила удивить всех тем, что именно ей удалось разбудить свекра и вывести его к гостям.

Глава 4

Салли неслышно закрыла за собой дверь. Внезапно ноги отказались ей служить, и чтобы не упасть, она прислонилась спиной к двери, пытаясь совладать с дрожью, сотрясающей ее тело. Она глубоко вздохнула, полезла в сумочку за сигаретой. Закурила, затянулась раз, другой. Ну увидят ее курящей, что из того? Теперь это уже не имело никакого значения, – после того, что она лицезрела.

Значит, все правда. Все истории, которые доводилось ей слышать. Даже ее ближайшая подруга поделилась с ней впечатлениями от званого обеда в особняке Хардеманов. Сидя за столом, она почувствовала под блузкой чью то руку. Не успела и ойкнуть, как рука эта расстегнула ей бюстгальтер, обхватила сбоку и начала ласкать и поглаживать ее голую грудь.

Она чуть не закричала и возмущенно повернулась к мужчине, сидевшему рядом, прежде чем вспомнила, кто он такой. А Лорен Хардеман даже не смотрел на нее, разговаривая с женщиной, сидевшей слева.

С ней общалась лишь его правая рука, забравшаяся сзади под блузку. Подруга огляделась. Все вроде бы увлеклись разговорами. Даже миссис Хардеман, сидевшая на другой стороне по диагонали от нее, и та о чем то оживленно беседовала с соседом. И в ужасе она поняла: никто не подаст и виду, что заметил легкое шевеление под ее блузкой, там, где рука Хардемана елозила по ее груди.

– И что ты сделала? – спросила тогда Салли.

– Ничего, – сухо ответила подруга. – Раз никто ничего не видел или притворялся, что не видит, кто, спрашивается, я такая, чтобы поднимать шум? В конце концов он – Лорен Хардеман, – тут она хихикнула. – А потом я поняла, что мне это нравится.

– Не может быть! – ахнула Салли.

– Ну почему же. Его ласки очень возбуждали.

– И что было дальше?

Подруга улыбнулась.

– После обеда я прошла в ванную и застегнула бюстгальтер.

Кроме этой истории было много других. Теперь Салли верила им всем. Она вновь затянулась, но дрожь в ногах не проходила. Оставалось лишь надеяться, что никто не увидит ее в таком состоянии.

Поднявшись наверх, она тихонько постучала в дверь.

– Папа Хардеман.

Ответа не последовало.

Она постучала и позвала снова, затем, полагая, что он все еще спит, толкнула дверь. Та легко распахнулась, и она вошла в спальню.

– Папа Хардеман!

Лишь тут заметила, что постель пуста, а из ванной на пол падает свет.

Салли уже собралась уходить, когда боковым зрением поймала изображение в зеркале большого шкафа у дальней стены. В нем отражалась комната жены Лорена Хардемана, а в ней – две обнаженные фигуры.

Ее свекор держал в воздухе над собой женщину. Потом громко засмеялся и начал опускать ее на свой половой орган. Женщина вскрикнула, затем начала постанывать.

А Лорен Хардеман двинулся через комнату с женщиной, обвившей ногами его талию, и исчез из зеркала. Тут же послышался протестующий скрип пружин кровати, еще один женский вскрик, и Салли пулей вылетела из спальни свекра.

Лишь выкурив полсигареты, она вновь обрела контроль над собственным телом.