Глаза Элизабет наполнились слезами. Он выглядел таким молодым, сильным, энергичным, словно женился не его сын, а он сам. Лорен младший подошел к танцующей паре, и с поклоном отец уступил Салли сыну, повернулся и направился к ней.

Поцеловал ее в щеку.

– Превосходный бал, мама.

Она всмотрелась в его лицо.

– Как ты себя чувствуешь?

Он виновато улыбнулся.

– Похоже, легкое похмелье. Контрабандное виски оказалось слишком крепким.

К ним подошел дворецкий. Понизил голос до шепота.

– Все готово, сэр.

Лорен наклонил голову. Посмотрел на жену.

– Как ты думаешь, пора?

Элизабет кивнула. Он взял ее за руку и вывел на середину бального зала. Поднял руки, и музыка смолкла.

– Дамы и господа, – его мощный голос заполнил огромный зал. – Как вы все знаете, сегодня у нас с мамой большой праздник. Не каждый день сын приводит в дом невесту, да еще такую красавицу.

Смех, аплодисменты пронеслись по залу.

– Салли и Лорен, подойдите к нам, чтобы наши гости могли хорошенько вас разглядеть.

Лорен младший улыбался, Салли покраснела, когда они подходили к родителям. Сын и отец оказались рядом, одинаково высокие, но Лорену младшему, стройному, как тростинка, недоставало широты плеч и массивности фигуры отца.

– Это Детройт, – гремел Лорен старший, – и едва ли кто может представить себе лучший подарок молодоженам, чем новый автомобиль. Так принято в Детройте, не правда ли?

Ему ответил одобрительный рев гостей. Лорен улыбнулся и поднял руку, призывая к тишине. Повернулся к сыну.

– А теперь, Лорен, сюрприз для тебя и новобрачной – новый автомобиль, новый от переднего до заднего бампера, от крыши до шин. Твой автомобиль. Мы назовем его «лорен 2», и в следующем году он будет продаваться во всех автосалонах, торгующих продукцией «Вифлеем моторс».

Оркестр заиграл марш, большие стеклянные двери, ведущие на веранду, распахнулись, и в мерном гудении мощного мотора в зал въехал автомобиль. Гости раздались в стороны, и шофер на малой скорости подъехал К Хардеманам, остановив автомобиль перед Лореном младшим.

Толпа придвинулась, все хотели получше рассмотреть новую модель, ибо для детройтцев не было ничего важнее машин. А автомобиль производил впечатление.

Темно вишневый «седан», каких еще не видели в этом помешанном на машинах городе.

И тут все заметили, что заднее сиденье забито тысячами золотисто зеленых листков. Лорен старший поднял руку, и все внимание сосредоточилось на нем.

– Полагаю, вы сейчас гадаете, а что это лежит на заднем сиденье? – он подошел к машине и распахнул дверцу. Несколько листков соскользнуло на пол. Лорен поднял один и показал толпе.

– Каждый такой листок – акция «Вифлеем моторс компани», а всего их в машине – сто тысяч. И все выписаны на моего сына, Лорена Хардемана младшего. Эти сто тысяч акций составляют десять процентов активов моей компании, и в финансовом отделе мне сказали, что стоят они от двадцати пяти до тридцати миллионов долларов.

Он повернулся к сыну.

– Лорен, это лишь малый знак той любви и привязанности, которые мама и я испытываем к тебе.

Лорен младший, побледнев, пытался что то сказать, но у него перехватило дыхание и ни слова не могло сорваться с губ. Он молча крепко пожал руку отцу, потом поцеловал мать.

И в то же самое мгновение Лорен старший поцеловал Салли. Испуг мелькнул в ее глазах, ноги вновь подогнулись, и ей пришлось опереться на руку свекра. Затем она повернулась к Элизабет, поцеловала ее.

Гости разразились бурными аплодисментами, сгрудились вокруг, поздравляя новобрачных.

А в дальнем углу репортер «Детройт фри пресс» торопливо заполнял одну страницу блокнота за другой.