На океан опускалась ночная темнота. В небе появилось созвездие Креста, но теперь оно сияло под каким‑то странным и необычным углом, простираясь с юго‑запада на северо‑восток.

Тишина. Ни ветерка. «Царица Гидроса» неспешно двигалась по спокойной глади. Все оставались на палубе. Никто не позаботился о том, чтобы снова поднять паруса, хотя прошло уже несколько часов с тех пор, как миновала Большая Волна. Но в наступившем покое это едва ли имело какое‑то значение.

Делагард повернулся к Оньосу Фелку и лишенным всяких эмоций голосом безжизненно произнес:

– Как ты думаешь, где мы находимся?

– Приблизительно или вы хотите, чтобы я воспользовался своими инструментами?

– Ну, прикинь на глаз, черт тебя побери, Оньос.

– В Пустынном море.

– Об этом я и сам знаю. На какой долготе?

– Ты считаешь меня волшебником?

– Лично я думаю, ты тупица и идиот. Но ты можешь мне, по крайней мере, назвать долготу? Посмотри же на этот треклятый Крест!

– Я прекрасно вижу треклятый Крест, – ядовито парировал Фелк, – и по его положению могу заключить, что мы находимся к югу от экватора и гораздо западнее того места, где нас прихватила Большая Волна. Если желаете более точно, то позвольте мне спуститься в трюм и найти свои инструменты.

– Гораздо западнее? – переспросил Делагард.

– Да. Нас действительно порядком отнесло.

– Ну, что стоишь?! Иди же за своими побрякушками.

Лоулер наблюдал за происходящим, мало что понимая.

Фелк, долго прокопавшись в трюме, наконец появился на палубе, сжимая в руках грубые неуклюжие навигационные приборы, над которыми, наверное, снисходительно посмеялся бы любой земной мореплаватель шестнадцатого столетия. Хранитель карт работал тихо, что‑то бормоча себе под нос при настройке своих приспособлений на созвездие Креста, затем сделал многозначительную паузу, взглянул на Делагарда и произнес:

– Наш корабль находится еще западнее, чем я предполагал.

– А точнее?

Фелк назвал координаты судна. Но лице Нида появилась удивленная ухмылка. Он сам спустился в трюм, довольно долго отсутствовал и наконец вернулся со своим глобусом‑картой.

Лоулер подошел к нему. Делагард водил пальцем по линиям долготы.

– Ага! Вот!.. Вот!..

– Ты видишь, на что он указывает? – поинтересовалась Сандира.

– Мы – в самом центре Пустынного моря. От Лика Вод нас отделяет почти такое же расстояние, как и до заселенных островов, оставленных позади. Кругом пустота. Мы здесь одни‑одинешеньки.

2

Всякая надежда на сбор общего Совета флотилии пропала, канула в пучину океана. Теперь некому выступать против Делагарда: вся община насчитывала тринадцать уцелевших человек. К этому моменту все люди, находившиеся на единственном оставшемся корабле, поняли, какова истинная цель их путешествия. Некоторые из них, типа Кинверсона и Гхаркида, казалось, не обратили на это никакого внимания. Для таких куда бы ни плыть, лишь бы плыть. Другие – Нейяна, Тила, Лис – вряд ли станут спорить с Делагардом по какому бы то ни было вопросу и подчинятся любому его приказу, даже самому абсурдному. По крайней мере, один человек, отец Квиллан, не скрывает своих симпатий по отношению к Ниду и его сумасшедшим идеям. Он является преданнейшим союзником Делагарда во всем, что касается Лика Вод.

Оставались только Даг Тарп, Данн Хендерс, Лео Мартелло, Сандира, Оньос Фелк… Навигатор не выносил Нида. «Это уже хорошо… Один, можно смело сказать, на моей стороне, – продолжал свои размышления Лоулер. – Что касается Тарпа и Данна, то они успели „поцапаться“ с Делагардом по поводу цели их плавания и всегда готовы к новому столкновению.