– Нельзя ставить Делагарда на одну доску с остальными. Ты его ненавидишь, он вызывает у тебя отвращение!

– Неужели?!

– Он убийца и негодяй! Из‑за него нас вышвырнули с Сорве, и с тех пор Делагард руководит этой экспедицией, как настоящий тиран. Он бьет Лис, убил Хендерса… Лжет, подтасовывает факты, делает все, что, по его мнению, приближает к его желанной цели… Все в нем вызывает в тебе омерзение! И мысль о любовной связи между им и мной для тебя невыносима. Причем независимо от того, пребывала ли я в тот момент в здравом рассудке или нет. Ты мстишь за все это мне, не хочешь касаться того тела, к которому прикасался Делагард! Разве не так, Вэл?

– Ты научилась читать мои мысли! Вот уж не предполагал, что ты обладаешь телепатическими способностями.

– Хватит кривляться, Вэл! Скажи, так это или нет?

– Послушай, Сандира…

– Значит, так… – Жесткая и холодная интонация ее голоса внезапно смягчилась, и она взглянула на него с нежностью и любовью. Этот быстрый взгляд удивил Лоулера. – Вэл, неужели ты думаешь, что это не вызывает отвращения и у меня? Господи! Такой подонок был близок со мной! Все это время я пыталась смыть с себя ощущение липких пальцев, оставивших следы на моем теле… Впрочем, это ведь не твоя проблема! Ты не имеешь права поворачиваться ко мне спиной только потому, что какая‑то тварь прицепилась к борту нашего корабля однажды ночью и заставила всех нас совершать такие поступки, которые при других обстоятельствах показались бы просто отвратительными. – Ее глаза загорелись. – Но если не Делагард, то что же мешает нам? Скажи мне, Вэл!

Лоулер, запинаясь от неловкости и стыда, неуверенно произнес:

– Ну, хорошо… Признаю, я был не прав. Ты сказала правду… Все дело – в Делагарде.

– О, черт, Вэл!

– Извини, мне очень жаль.

– Тебе действительно жаль?

– Мне кажется, я по‑настоящему не понимал, что так беспокоит меня все это время, пока ты вот так сейчас не ткнула меня носом… Действительно, мысль о той ночи и Делагарде точила меня непрерывно где‑то в глубине души… Рука Нида скользит у тебя между ног, его похотливый рот касается твоих грудей… О, черт! – На мгновение Лоулер закрыл глаза. – Но это – не твоя вина. Прости, я веду себя, как глупый подросток.

– Теперь ты говоришь правду… А ведь действительно вел себя глупо… И я хотела бы напомнить тебе, что в обычных обстоятельствах не позволила бы Делагарду переспать со мной. Не позволила бы, даже если бы во всей Галактике не осталось ни одного мужчины, кроме него!

Лоулер улыбнулся.

– И все‑таки дьявол заставил тебя сделать это.

– Моллюск!

– Что практически одно и то же.

– Тебе виднее. Но все произошло без участия моего сознания. Сейчас я пытаюсь изо всех сил стереть эти мерзкие воспоминания из своей памяти. Ты тоже попытайся… Ведь я люблю тебя, Вэл.

Он взглянул на нее, изумляясь ее откровенности. Так еще Сандира никогда не характеризовала свое отношение к нему. Лоулер даже не предполагал, что это слово когда‑нибудь прозвучит между ними. Он так давно слышал его в последний раз…

Что же теперь делать? Или тоже повторить эту же фразу?

Тейн широко улыбнулась. Она не ждала от Вальбена никаких признаний, так как слишком хорошо изучила его.

– Ну, давайте, доктор, приступим, – игриво произнесла Сандира.