Лоулер склонился над чудесной вещицей. Морские карты здесь всегда считались редкостью и очень ценились. На его долю редко выпадала возможность рассматривать их со столь близкого расстояния.

– Отец Оньоса Фелка, Дисмас, изготовил его пятьдесят лет тому назад, – благоговейно произнес Делагард. – Мой дед купил этот глобус у него, когда старина Фелк решил заняться перевозками и ему понадобились деньги на строительство кораблей. Вы помните флот Дисмаса? Три судна. Жуткое дело… Заплатить за три корабля, продав морскую карту, и затем сразу их потерять! Особенно жаль, если вы расплатились за них самой лучшей картой, когда‑либо изготовленной человеком. Оньос отдал бы за нее все… Но с какой стати я стану ее продавать? Правда, иногда я позволяю ему пользоваться этой штукой.

Круглые лиловые медальончики размером с ноготь медленно перемещались вверх и вниз по карте (их было примерно тридцать или сорок, а возможно, и больше), приводимые в движение механизмом, расположенным внутри. Большинство двигалось по прямой от одного полюса к другому, но время от времени один из них почти незаметно соскальзывал на соседний слой – другой меридиан, примерно так же, как настоящий остров порой смещается немного на восток или на запад, увлекаемый плавным течением, несущим его к одной из верхних точек Гидроса. Лоулера поразило совершенство, с которым изготовили эту уникальнейшую вещь.

– Вы разбираетесь в картах? – поинтересовался Делагард. – Вот это – острова… Здесь – Внутреннее море… А вот эта точка – Сорве.

Маленькая лиловая клякса медленно двигалась вверх неподалеку от экватора на фоне зеленой полосы глобуса, по которой она перемещалась: неприметное пятнышко, движущаяся капелька краски – и ничего больше. «Слишком маленькая, чтобы вызывать столь сильную привязанность», – подумал Вальбен.

– Здесь изображен весь мир… Ну, по крайней мере, такой, каким мы его себе представляем. Это – населенные острова. Лиловым цветом обозначены занятые людьми… Вот это – Черное море, это – Красное, а вот там – Желтое…

– Почему не видно Лазурного моря? – спросил Лоулер.

Казалось, вопрос несколько озадачил и удивил Делагарда.

– Вот здесь… Довольно далеко, практически в другом полушарии. А что вам известно о нем, док?

– О, ничего особенного. Кто‑то недавно упомянул в беседе это название, вот и все.

– Гм… До Лазурного моря чертовски долгий путь, – глубокомысленно заметил Делагард и повернул глобус, чтобы показать Вальбену его обратную сторону. – Вот… Пустынное море… А это большое пятно – Лик Вод. Помните те потрясающие истории, которые рассказывал о нем старый Джолли?

– Этот старый дряхлый лжец? Неужели вы верите, что ему в одиночку удалось достигнуть Бездны?

Делагард невесело подмигнул.

– Замечательные истории, не правда ли?

Лоулер кивнул и на короткое мгновение позволил воспоминаниям унести себя на тридцать пять лет назад. Он представил себе потрепанного странствиями старика с его частенько повторяющимися рассказами о плавании по Пустынному морю, о таинственной и сказочной встрече с Ликом Вод, островом, столь огромным, что на нем бы уместились все другие островки мира, нечто широкое и потрясающее, закрывающее собой все пространство до самого горизонта, поднимающееся подобно черной стене из океанских вод в том отдаленном уголке планеты. На морской карте Лик представлял из себя просто темное неподвижное пятно размером с человеческую ладонь, огромную, неправильной формы, кляксу на фоне бескрайнего пустого пространства противоположного полушария, расположенную в самом низу, почти в районе южного полюса.