– Прекрасно, – Никита откинул газету и покинул салон. Вдохнул в себя морозный воздух и молча посмотрел на невысокого плотного мужчину в темно сером пальто с бобровым воротником, столь невзрачного по внешности, что ледяные торосы на Двине выглядят куда красивее и живописнее, чем он сам.

– Прошу за мной, сударь, – секретарь был важен как распушившийся глухарь на току. – Князь Иван Юрьевич искренне извиняются за долгую задержку, но у них был важный разговор.

Они миновали распахнутую калитку в воротах и по вычищенной от снега дорожке направились к особняку из темно красного кирпича с внушительной парадной лестницей и огромными панорамными окнами на первом этаже, которые выходили прямо на лужайку и парк, сейчас спящие под белым покрывалом. Никита знал, что особняк за четыреста лет капитально перестраивали раз пять, не меньше, и с каждым разом земель у Бельских прибавлялось. Северный фас усадьбы упирался в берег Двины, там расположен неплохой пляж.

Секретарь провел Никиту по широкому коридору в соседнюю часть здания, после чего они поднялись по лестнице на второй этаж и достигли большой приемной, в которой сейчас царила тишина. Вежливо постучав в массивную дверь, защищенную всевозможными плетениями (разглядеть их опытному артефактору не составило труда), приоткрыл ее и ужом ввернулся в узкую щель. И почти тут же появился обратно.

– Князь Иван Юрьевич вас ждут, – сухо и с апломбом произнес секретарь и отошел в сторону, даже не отворив дверь пошире перед гостем.

Никита про себя усмехнулся. Он никогда не давал себе права на мелкую месть, но сейчас не сдержался. Спустить подобное отношение от человека, кичащегося своим никчемным, по сути, статусом, было нельзя. Раскрывшиеся по легкому щелчку пальцев скрипты «шпионов» устремились к блоку вычислительной аппаратуры, стоящему под секретарским столом. Часть из них будет скопирует информацию, а вторая волна уничтожит все, что находится в недрах накопителя. Да, мальчишество и озорство – но после ночного рейда к потайникам Никита чувствовал себя не в своей тарелке. Сорваться в разговоре с Бельским никак нельзя. Пусть лучше техника пострадает.

Князь Иван встретил Никиту посреди небольшого кабинета, забитого пресловутыми офисными шкафами, только вместо книг в них находились всевозможные статуэтки, фигурки людей и животных, искусно вырезанных из кости и камня, а над каминной полкой во всей красе висел бивень мамонта.

Сам Бельский выглядел так же экстравагантно, что и его увлечение: темно русые длинные волосы спадали на плечи и были завиты на кончиках; бледно рыжая бородка, еще и подкрашенная, на пару с шикарными бакенбардами, которым уделялось больше внимания, чем всему остальному, обрамляла вытянутое лицо с остреньким подбородком. Крупноватый для аристократа, в неведомо каком поколении, нос казался не к месту, но князь не комплексовал по этому поводу. Его глубокие маленькие глазки карего цвета внимательно и цепко глядели на гостя.

– Здравствуйте, господин Назаров, – у Бельского оказался приятный баритон, но не столь приятные манеры. Он остался на месте, даже не протянув руки для более дружественного приветствия. Тем самым показал свое отношение к гостю. – Не ожидал вашего визита, буду откровенным. Мне доложили, что вы в Устюге, и я не поверил. Каким образом, если не секрет? Провели телепорт?

– Вы хорошо осведомлены о моих перемещениях, Иван Юрьевич, – сухо обронил Никита. – Такое ощущение, что следили за мной от самых ворот моей усадьбы.

– Нет нет, что вы! Мне нет дела, куда и зачем вы ездите, но в Устюге я хозяин, и обо всех прибывших я узнаю заранее.

– Остается похвалить вашу службу безопасности, – иронично ответил волхв. – А что до телепорта… Идея хорошая, и даже исполнимая. Но я не всегда могу пользоваться преимуществами своего Дара, – Никита стянул перчатки и небрежно засунул их в карман пальто.