Досье на этих людей он уже изучил, но привычка доверять своим ощущениям и интуиции перевешивала желание по одним лишь характеристикам или внешнему виду, который, как известно, бывает обманчивым, брать их в клан. Живое общение дает куда больше информации.

– Лозовой Игорь, воинское звание – майор, позывной в войсках – Гусар, – вперед выступил первый мужчина, стоявший слева. Невысокий, крепко сбитый, лицо округлое, с мелкими черными точками. Или порох въевшийся, или какое то магическое воздействие. Светло рыжие усы с завитушками по краям аккуратно подстрижены. Видно, что по ним и получил свой позывной. – Боевой волхв Двадцать пятой бригады пластунов. Участвовал в боевых операциях под Артвином и Карсом. В девяносто восьмом получил тяжелое ранение под Арпачаем, блокируя продвижение турецких боевиков к армянской границе.

– Спецоперация? – кивнул Никита догадливо. Территория, где воевал Лозовой, не принадлежала России, но как демилитаризованная зона чрезвычайно интересовала шейхов «зеленого пояса» для разнообразных диверсионных действий.

– Так точно. Несколько часов сдерживали «воинов Аллаха», чтобы не прорвались в долину. Попал под мощную атаку огненных элементалей. Весьма сильное плетение, – Лозовой помялся. – Если бы в этот момент не отвлекся, прикрывая ребят, может, получилось бы отразить…

Дед Фрол едва слышно фыркнул. У него было свое мнение на этот счет, но какое – предпочел пока не озвучивать.

Никита кивнул, и рыжеусый встал на свое место.

– Крюков Леонид, воинское звание – капитан, позывной – Зубр, – вышел угрюмый увалень, косая сажень в плечах, ничуть не уступающий по комплекции Слону. Несмотря на морозец, у него была начисто выбрита голова и на макушке едва сидела черная фетровая кепка с узким козырьком. Под распахнутой курткой виднеется вязаный однотонный серый шерстяной свитер.

– Горячий парень, – хмыкнул Фрол и поежился.

– Боевой опыт десять лет. В основном, в Средней Азии, гонял уйгуров, – ожег его взглядом Зубр. – Огнестрельное ранение в грудь, два магических. Частичная потеря слуха.

– Откуда огнестрел? – поинтересовался Никита. В досье по нему была только куцая строчка. – Вроде бы волхвы умеют закрываться от подобных казусов.

– В Пишпеке, в баре драка началась, – нехотя ответил Крюков. – Местные аборигены начали к девчатам из военного госпиталя приставать. Перепили, с кем не бывает. Мы вмешались, но не так чтобы жестко. Руки ноги ломать не собирались. Ну и нарвался на выстрел. Один под наркотой был, не соображал, что творил. Начал пулять в помещении, а я стоял на линии, к счастью.

– К счастью? – Никита свел брови к переносице. – Интересная трактовка…

– Если бы не стоял, не познакомился бы с будущей женой, – неожиданно улыбнулся Зубр. – Она медсестрой в госпитале работала. Ну и прикрыл, получается.

– А щит чего не поставил? – старика, кажется, тоже проняло романтикой рассказа. – Совсем голову потерял от баб?

– Да ничего я не терял, – хмыкнул мужчина. – Я даже знаком с ней не был на тот момент. Просто так получилось. Кулаками пришлось работать, чтобы раскидать придурков. Девчонок за спину – а сами стенкой на стенку.

– Достаточно, я понял, почему капитаном после такой выслуги остались, – Никита махнул рукой, и Крюков отошел назад. – Не жалейте.

– Никогда и не думал, – Зубр снова нахохлился, словно рассердился на себя, что разоткровенничался.