Пленников связали одной веревкой, которую Симон зацепил за луку своего седла, и первым двинулся по расчищенной тропе в сторону плато, где жил дядюшка Кудж. Ослов поставили в середину отряда, но содержимое тюков распаковывать не стали. Этим займутся уже в селе. Князь очень не любит, когда воины начинают как базарные бабки рыться в его  вещах. Каждый получит достойную награду из захваченного добра.

В Цабал они прибыли к полудню следующего дня. На въезде в село их встречала целая толпа жителей. Увидев, что «ветераны» целы, пусть потрепанные и со свежими повязками на ранах, все радостно загомонили. Быстроногие мальчишки понеслись к княжескому дому наперегонки. Первый, принесший добрую весть, обязательно получит от князя золотой имперский рубль.

Проехав по узким улочкам селения, воины с захваченным добром добрались до распахнутых ворот двухэтажного дома, сложенного из дикого камня и больше похожего на крепость, заполнили внутренний двор. Сам князь Тимур с легким прищуром, не скрывая довольной улыбки, посмотрел на приличного объема тюки. И тут же стал раздавать указания. Товар сложили возле высокого крыльца, а ослов угнали на задний двор. Пленников увели в овчарню и поставили к ним караул.

– Молодец, Урыс, хорошо сработали, – князь подошел к Анциферову и крепко сжал его плечи сильными пальцами. – Не сомневался в тебе. Потерь нет?

– Трое ранены, – отчитался Михаил. – Раны неглубокие. В остальном все нормально. Трупы надежно спрятали, даже звери не доберутся… Князь, у них был маг.

– Маг – это хорошо, – задумался Тимур. Не похоже, что ему понравился такой поворот дела. – Значит, можно выяснить, куда направлялся караван. Да что выяснять? Я подозреваю, кто его ждет. Но проверить надо, да?

– Ты князь – тебе решать, – увернулся Михаил. – Прости, что не смог захватить чародея. Сам себя уничтожил.

– Он знал, на что шел, – поморщился Тимур и как то странно посмотрел на Анциферова. – Ступай домой, Урыс. Жена заждалась…

– Князь, – недоумевающе посмотрел на него Михаил. – А как же обстоятельный доклад и осмотр тюков?

– Иди, иди, – жест Маршани был недвусмысленным. – К тебе гости приехали из России. С самого утра чаи распивают. Они еще вчера вечером, вообще то, появились. Пришлось барашка зарезать, застолье устраивать. Чуть ли не до восхода солнца сидели, разговаривали. А потом я лично отвел их в твой дом.

– Чего он хочет? – неприятно заныло сердце.

– Не сказал, – развел руки в стороны Тимур. – Ты иди. Не заставляй гостя ждать.

* * *

За десять лет совместной жизни с красавицей Мариетой Анциферов не только детьми обзавелся. Теперь он жил на противоположной стороне Цабала (а село было весьма большим) в собственном двухэтажном доме, с большим подворьем, с приличной отарой в тридцать голов, конюшней и гаражом на две машины. Все это добро охраняли два свирепых волкодава, никогда не сидевшие на цепи. Удивительно, что они спокойно пропускали сельчан, приходивших в гости к Анциферовым, и никогда не кидались на них. Но их тактика во время визитов была неизменной: Гром – черный как смоль кобель с белесыми подпалинами на боку – занимал место возле ворот, отрезая путь к отступлению, а Ахра – сука с темно коричневой густой шубой – лежала возле крыльца и лениво позевывала, обнажая сахарные клыки. Но бдительности не теряла, отчего гости всегда чувствовала себя неуютно.

Свирепость их оценили, когда два года назад ночью во двор русского мага (как таковым считали Михаила) залезли наемные убийцы, целью которых был Анциферов и дети, как наследники Дара. Гром и Ахра не стали поднимать шум, а молча спрятались в тени забора, дождавшись, когда трое наемников полезли в окно первого этажа, чтобы через гостиную проникнуть на второй этаж, напали со спины.