– А каковы мои дивиденды в данном случае?

– Наша поддержка на всех уровнях, – твердо заявил Трейтер.

– Я рискую своей репутацией, – предупредил Никита, задумавшись.

– Вы ничем не рискуете, господин Назаров, – заверил его Бардуков. – Не получится навести мосты – да и бес с ними. Попытаемся в другой раз. А у вас репутация очень и очень серьезная. Мы же в общих чертах знаем, что произошло в Бухаре. Каримовы на вашей стороне, а они тоже купцы. Выгоду чуют.

– Против меня ополчится все южное купечество, – волхв усмехнулся.

– Вы будете под нашей защитой. Все людские ресурсы к вашим услугам, – подкинул сладкий кусок Трейсер, а Ксения Дмитриевна победно взглянула на Никиту, дескать, я же говорила, что торгаши – серьезная сила.

– Никита Анатольевич, мы не вмешиваемся в политику, – Бардуков по своему расценил ироничную улыбку Никиты. – Наше дело – торговля, увеличение банковских счетов, повышение общественного статуса. Ваша протекция, а фактически – государственная через Меньшиковых – будет дополнительной гирькой на весах. В случае же неблагоприятных действий со стороны либералов аристо мы готовы…,   он замолчал на мгновение, переглянулся с Трейтером, – готовы встать на сторону венценосных родственников вашей… кхм, старшей жены.

Обмолвка была очень серьезной, и непохоже, что купцы просто так, играючи, раскидываются подобными заверениями. Значит, заранее просчитали последствия своего решения. И решили рискнуть крупно.

– Неужели так все плохо с Ганзой? – поинтересовался Никита, не торопясь давать ответ.

– Не настолько, как мы здесь наговорили, – усмехнулся Трейтер. – Но договоры существенно связывают нас по рукам и ногам. Вам не стоит забивать голову подобными вещами. Они слишком специфичны и скучны, чтобы дворянину в них копаться. Как верно сказал Василий Потапович, купца интересует только прибыль. У него нет иных статей дохода, как у аристо. А значит, нужно расширять сферу своей деятельности. Вот мы и откликнулись на просьбу дражайшей Ксении Дмитриевны встретиться с вами. Не в обиде, что нам пришлось покопаться в вашем жизненном досье?

– Мне самому впору пенять на собственный промах, – отмахнулся Никита. – Я же не знал, с кем встречаюсь. Но теперь дам задание людям заняться ответными мерами вплотную. Взаимностью за взаимность.

Купцы посмеялись, осознавая, что брошенная фраза если и тянет на шутку, то не настолько, чтобы отмахнуться от нее. Никита ясно дал понять, что начнет собирать информацию о Торговой Палате и верхушке, ее возглавляющей.

– Насчет вашей просьбы, – закончил волхв. Он «видел» напряжение в аурах купцов. Ведь им пришлось раскрыть часть козырей, не дождавшись ответа от Назарова. Вот и полыхают всеми цветами радуги. – Я поговорю с Великим князем и постараюсь убедить его поглядеть по сторонам и поискать поддержку в иных сферах. Не обещаю позитивного решения. Это уже не в моих силах.

Через несколько минут, раскланявшись, купцы покинули кабинку. Никита тоже собирался уходить, но Старшинова не торопилась. Не допив вино, она промокнула губы салфеткой и спросила с тщательно маскируемым волнением:

– Вы удовлетворены беседой с этими пауками? Или все зря?

– Почему же? – покручивая между пальцев нож, Никита не торопился с ответом. Зато женщина с завораживающим интересом смотрела, как обычный столовый предмет змейкой вертится в руке волхва. – Невероятная щедрость. Купцы по своей природе не вояки. Но имущество и личный интерес защищать умеют. Значит, не блефуют насчет людских ресурсов.

– Трейтер со своими людьми не станет играть вас втемную, – деловито ответила Старшинова, отвлекаясь от блеска мельхиорового ножа.