– Если помощь Васильевым оказал вологодский мальчишка – быть беде, – уверенно ответил Бельский, отбрасывая ненужные сейчас скабрезные мысли. – Только он мог организовать оборону подворья и мастерски ликвидировать потайников. Потому что знает их тактику и стратегию изнутри. Он такой же бандит, только в маске добродетельного дворянина.

– Не заговаривайся, Олег Юрьевич, – пожурил его Шереметев. – И не вздумай такое ляпнуть в обществе. Мигом без языка останешься. Давай рассуждать спокойно. Мы допускаем, что Васильевым помог Никита. Значит, в его руках оказались пленники, и они обязательно выболтают все, что знают. Поэтому все хреново для вашей семьи. Или вы сдаете Устюг Назарову, или договариваетесь о приемлемой вире.

– А если не сдадим? – взъерошился Бельский.

– Он вас уничтожит, – спокойно ответил князь Василий. – Ну, или большую часть вашей семьи.

– Васильевы не давали ему вассальную клятву, поэтому повода для кровной мести нет!

– И это очень хорошо. Спите спокойно, но вполглаза. Ответ за покушение на жизнь семьи его будущей (я в этом не сомневаюсь) невесты обязательно придет.

– И ты об этом так спокойно говоришь? – воскликнул князь Олег. – Неужели настолько уверен в своей безопасности? А кто бушевал после императорского повеления? Кто хотел крови обидчика?

– Не заговаривайся, князь! – легкий вихрь воздуха взъерошил газету и едва не сбросил ее на пол. – Мои эмоции к делу не крепи! Васильевы были под вашим вассалитетом. Сами захотели устроить показательную порку – сами выпутывайтесь… Может, все обойдется, и никто не ухватится за ниточку, ведущую к вашей семье.

– Ну, знаешь ли, Василий Юрьевич! – вскочил Бельский, яростно побагровев от прилива крови к лицу. – Мы же союзники… Даже больше, чем союзники, а что я слышу от тебя? Твой сын остался без невесты, вам плюнули в лицо Меньшиковы, а потом и Назаров! А ты сидишь спокойно и рассуждаешь о своем нежелании наказать мальчишку!

Воздух в кабинете ощутимо сгустился и тяжелым прессом опустился на плечи Бельского. Тот рухнул в кресло и задышал как рыба, оказавшаяся на берегу. Что то его душило, но Шереметев и не думал ослаблять магическую хватку.

– Успокоился? – князь, наконец, развеял опасное плетение, но еще долго где то потрескивало от переизбытка магии. – Не будь глупцом, Олег. Еще раз вслушайся в мои слова. То, что вы обмишулились с Васильевыми – ваша проблема, и вам ее решать. Пойми: это мышиная возня. Пусть Назаров и возится в песочнице, где ему место. Здесь дела посерьезнее начинаются.

Бельский мгновенно навострил уши. Одно дело бодаться с каким то вологодским дворянчиком, выскочившим на первые роли благодаря удачной женитьбе на императорской родственнице; совсем иная ситуация, где чувствуется политическая игра мощных аристократических кланов. Это уже не «песочница». Что же получается: такая ситуация назрела?

– Чего замер то? – усмехнулся Шереметев. – Глаза разгорелись, румянец появился. Нет, князь, я пока не могу рассказать тебе всего. Не время. Ты, кстати, приглашен на Ассамблею к Балахниным?

– Да. Жена с дочерью уже развернули кипучую деятельность по выбору нарядов, – вздохнул Бельский. – Хоть домой не приходи.

– Понимаю, – наклонил голову князь Василий. – Сам в такой ситуации.

И он почему то замолчал, хотя Бельский был уверен, что хозяин дома что то не договаривает.