Она нахмурилась. Может, это и означает быть исключительной…

— У вас такой серьезный вид, — заметил он.

Элизабет вздрогнула от неожиданности. Вот черт! Все ее помыслы должны быть сосредоточены на джентльмене. Разве в книге не говорится, что нужно уделять ему максимум внимания? В течение пяти минут, после чего, разумеется, следует прервать разговор.

— Мне кажется, — пояснил он, — вы над чем-то напряженно размышляете.

Элизабет чуть не застонала. И это вместо того, чтобы выглядеть очаровательно естественной. Она плохо себе представляла, что это значит в данной ситуации, но ясно, что нельзя подавать вида, что действуешь по учебнику.

— Впрочем, — продолжил мистер Сидонс, не подозревая о ее переживаниях, — меня всегда интриговали серьезные женщины.

У нее получится. Обязательно. В конце концов, она — Хочкис, а значит, добьется всего, что задумала. Ей нужно найти мужа, но сначала, что более важно, необходимо узнать, как это делается. А что касается мистера Сидонса, то он просто оказался под рукой. Возможно, использовать его для эксперимента несколько бессердечно, но иногда у жен-шины просто нет выбора. Тем более у отчаявшейся женщины.

Приклеив к лицу ослепительную улыбку, Элизабет повернулась к нему. Итак, она будет испытывать свое обаяние на этом мужчине, пока… пока не очарует его.

Она открыла рот, чтобы сказать что-нибудь утонченно остроумное, но не успела издать и звука, как он склонился к ней и, одарив ее теплым волнующим взглядом, произнес:

— Мне не терпится узнать, что могла бы означать ваша улыбка?

Элизабет ошарашенно моргнула. Не будь она уверена в обратном, то предположила бы, что это он очаровывает ее.

Нет, подумала она, мысленно тряхнув головой. Это невозможно. Они едва знакомы, и хотя она не самая уродливая девушка в Суррее, но уж точно не сирена.

— Прошу меня извинить, мистер Сидонс, — кокетливо сказала она. — Как и вы, я иногда погружаюсь в размышления. Надеюсь, вы не сочтете меня грубой?

Он покачал головой:

— Ни в коем случае.

— Но видите ли… — Что там Сьюзен вычитала в той книге? Старайтесь разговорить мужчину о самом себе. Мужчины, как известно, поглощены собой.

— Мисс Хочкис?

Она прокашлялась и изобразила очередную улыбку.

— Видите ли, я как раз думала о вас.

Последовала короткая пауза, затем он спросил:

— Обо мне?

— Конечно. Не каждый день в Дэнбери-Хаусе появляется новый человек. Откуда вы?

— Я люблю переезжать с места на место, — уклончиво ответил он. — Последнее время жил в Лондоне.

— Как это чудесно! — воскликнула она, надеясь, что ее голос звучит достаточно взволнованно. Элизабет терпеть не могла Лондон, считая его грязным, душным и скученным. — И вы были управляющим?

— Не-ет, — протянул он. — В Лондоне не так много больших поместий.

— О да, — пробормотала она. — Разумеется.

Склонив голову, он устремил на нее проницательный взгляд.

— А вы всегда жили здесь?

Элизабет кивнула:

— Всю жизнь. Не могу себе представить, чтобы я жила где-нибудь в другом месте. Нет ничего прекраснее английской деревни, когда все цветет. Просто невозможно… — Она осеклась. Ей не полагается говорить о себе.

Джеймс насторожился. Что она собиралась сказать?

Элизабет похлопала ресницами.

— Вряд ли вам интересно слушать обо мне.