Калисо вернулся в БТР, и Хоффман заглянул в его лицо:

— К чему все это, рядовой?

— Это воинское захоронение, как вы правильно сказали, сэр. — Тай завел двигатель и поставил ногу на педаль газа. — Кремация здесь вполне уместна. Вы позволите забрать останки позже, сэр?

Забирать было почти нечего, но Хоффман понимал, почему вид суетившихся мародеров рядом с телами погибших так разъярил Калисо. Только он выбрал довольно странный способ выразить свои чувства.

Тем не менее это удержит бродяг от дальнейшего разграбления грузовиков.

— Разрешаю, — ответил Хоффман. — Никто не должен быть забыт: ни живой, ни мертвый.

Это обещание Хоффман всегда старался выполнять. В такие времена соблюдение правил было не менее важным, чем спасение человеческих жизней. Если человечество выживет ценой скатывания к варварству, различия между Саранчой и людьми быстро исчезнут.

Он не раз заглядывал в эту пропасть. Стоит туда упасть, пути назад уже не будет.

ГОЛОВНОЙ БТР, ПОБЛИЗОСТИ ОТ РЕКИ

— Как же я все это ненавижу, — процедил Дом.

Переговоры между водителями, Хоффманом и центром контроля были единственным источником информации о полной картине конвоя. Но вывело его из себя не то, что он услышал, а долгие паузы между докладами о текущей обстановке и нападениями противника. Если ты чего-то не видишь, мозг пытается самостоятельно заполнить пробелы. Вроде как слушаешь радиопередачу, которая идет на неустойчивой частоте, и знаешь, что сигнал окончательно исчезнет, если что-то пойдет не так.

— Какие у нас потери из-за атаки? — спросил Рохас.

— Два штатских водителя и два отставных солдата. — Маркус разложил на коленях карту и сосредоточенно ее изучал. — И несколько тонн продовольствия.

— Два-сорок пять вызывает центр контроля, — послышался голос одного из водителей. — У меня проблемы с трансмиссией. Вытекает жидкость. Включил аварийные огни.

— Дело дрянь. — Маркус даже не поднял головы. — Это платформа с бродильными чанами. Нестандартный габарит.

— Сможете справиться сами? — спросила Аня.

— Не смогу. А если остановлюсь, блокирую движение. Позади меня еще два грузовика и бэтээр.

На карте дороги выглядели вполне проходимыми, но в районе Хасинто уже несколько лет не проводился ремонт автострад; в любой момент улица могла быть заблокирована действиями Саранчи или просто рухнувшим зданием. Чтобы составить новый маршрут, Ане приходилось полагаться только на трансляцию с "Джека".

— Два-сорок пять, через сто метров после колледжа Грин есть правый поворот. Этот проезд выведет тебя обратно на главную дорогу. Тебе хватит места, чтобы повернуть?

— Я попробую. Все равно в моторе появился скрежет. Машина скоро встанет, так что у меня нет выбора.

Маркус вмешался в разговор:

— Аня, остальные машины могут объехать два-сорок пять, забрать экипаж, а за грузом вернуться позже.

— Если он остановится на обочине, я могу помочь, — предложил Бэрд.

Водитель ненадолго задумался:

— Ладно, давайте попробуем. Иначе бродяги растащат все, что не приколочено гвоздями, а запчасти нам нужны не меньше, чем эти чаны. Если понадобится, я останусь и покараулю, пока не приедет ремонтная бригада.

— Я же сказал, что помогу справиться, — повторил Бэрд.

— Я вижу поворот.

— Хорошо, два-сорок пять, сворачивай к колледжу Грин. Остальным машинам продолжать движение по маршруту.

— В бэтээр-три замена водителя, — добавил Бэрд.