— Бэрд, что ты делаешь? — спросил Маркус.

— Покидаю машину, чтобы оказать помощь два-со- рок пять.

— Контроль, я занимаю его место, — сообщил Коул. — Дэмон отдал мне ключи, но предупредил, чтобы к полуночи я был дома.

Теперь с Бэрдом было бесполезно спорить. Кроме того, он был прав: если кто-то и мог заставить грузовик продолжать путь, то только он.

— Бэрд покидает бэтээр, чтобы оказать помощь водителю? — спросил Дом. — Должно быть, он сильно ударился головой…

— Это я уже слышал, болван.

— Он всего лишь хочет доказать, какой он классный спец, — добавил Коул.

Хоффман прервал разговор:

— Освободите канал связи от посторонней болтовни, кумушки.

Впереди виднелась цепочка огней на мосту Тимгад, напоминающая взлетно-посадочную полосу аэропорта. Скоро уже первые грузовики будут дома, в безопасности, а он может вернуться и разобраться с отставшими.

— Аня, как у нас дела?

— «Джек» с трудом отслеживает трутней. Они передвигаются под прикрытием зданий.

— Есть какие-то признаки, что их интересует мост?

— Пока нет.

Только трутни. Ни риверов, ни немацистов, ни берсеркеров — никого, с тех пор как взорвалась светомассовая бомба. Дом старался не слишком высоко возноситься в надеждах, но все-таки начинал думать, что Саранче нанесен сокрушительный удар.

Но они не исчезнут как по мановению волшебной палочки.

Отставшие. Если только они не придерживаются нового плана… а они не слишком преуспели в этом за последние четырнадцать лет.

— Контроль, мы подъезжаем к ротонде, — сообщил Коул.

Ротондой называли культурный центр: два полукружия музеев и галерей вокруг огромного, вырытого в земле амфитеатра, предназначенного для летних концертов и представлений, во время проведения которых площадь закрывалась для движения. Дом не участвовал в представлениях, но здесь было приятно гулять по вечерам и пить чересчур дорогое пиво. А сейчас это место превратилось в отличную позицию для засады, если только черви проявили такую настойчивость, чтобы дойти сюда.

— Они могли бы уже добраться.

На канале связи послышался свист рассекаемого воздуха, и где-то на заднем плане недовольно заворчала Берни. Наверное, Коул слишком энергично сокращал путь.

— Бэтээр-три, мы движемся к югу от вас, — заговорил Хоффман. — Мы видим их. Проклятие!.. — (Загрохотали выстрелы.) — Они тоже нас увидели.

— Мчимся к вам, сэр, — ответил Коул. — Берни считает, что эти черви могут быть съедобными.

Теперь Дом понял, как должна чувствовать себя Аня. Сердце бешено забилось от бессилия, что он не может оказать поддержку попавшим под обстрел друзьям.

— Это сводит меня с ума.

— «Джек» засек еще группу трутней, сэр, — сообщила Аня. — Нигде не видно выходных отверстий, но трутни откуда-то появляются.

— Надо вернуться и помочь им выбраться оттуда. — (Еще несколько грузовиков промчалось к мосту мимо дверцы БТРа, где сидел Дом. Они все еще ждали, и только ритмичный гул двигателей отсчитывал время до окончания миссии.) — Нельзя же просто так сидеть здесь!

— Через пятнадцать минут все будут на той стороне, — сказал Рохас. — Даже при средней скорости.

В разговор вступил Бэрд.

— Я добрался до грузовика, — сказал он, слегка задыхаясь. Вероятно, ему пришлось пробежаться. — Порвалась прокладка. Заменю ее самополимеризующейся лентой, это все, что у меня есть, а потом… О черт…

— Контакт, контакт, контакт.