|
Когда Родин начал стрелять и перебил террористов у костра, командир этой группы с еще одним бойцом разбежались в разные стороны и открыли бешеную стрельбу по кустарнику, где находился спецназовец. А потом они растерялись, когда стрельба началась совсем рядом, за их спинами у вездехода. И тогда капитан принял решение отвлечь на себя оставшихся двоих боевиков. Он выбежал из-за укрытия, вскинул автомат и срезал очередью одного из террористов. Тут же упав на землю, Меркулов откатился за деревья. Наверное, главарь подумал, что на них сейчас напал тот же самый боец, что и в начале боя, и бездарно подставился.
Родин появился, как тень. Он вылетел из-за кустов, казалось, даже не касаясь ногами земли. Скорость была неимоверная. И понятно, что террорист не успел никак отреагировать на появление еще одного противника. Спецназовец ударом ноги выбил из рук врага автомат, отбил рукой нож, который мелькнул в руке боевика, а потом перехватил его за плечо и броском обрушил на землю. Хрипы, крик от боли огласили поляну, и все стихло. Спецназовец уже заламывал пленнику руки за спину и надежно связывал их пластиковыми стяжками – очень удобной вещью для крепления кабельной продукции, а также рук пленников. Золотарев тащил за шиворот оглушенного водителя и три автомата боевиков. Опустив человека на землю, он кивнул командиру: «Порядок». – Сделано, командир! – доложил Родин, вставая и отряхивая руки. – Банкир, приведи в чувство мехвода! – приказал Меркулов и стал обходить поляну, подобрал брошенную рацию и еще один автомат. Спецназовцы занялись приведением в чувство небритого мужчины. И тот довольно быстро пришел в себя, поморщился от боли в голове и со страхом уставился на трех спецназовцев. Меркулов вернулся к пленнику, хладнокровно приставил к его переносице пистолет и приказал: – Я задаю вопросы, ты отвечаешь. Ты врешь – я стреляю, ты молчишь – и на счет три я стреляю. Понял меня? Кого тут ждали, куда ехали? Раз, два… Террорист завращал налитыми кровью глазами, стал озираться на трупы своих товарищей, которые меньше двух минут назад еще были живы, готовили еду, смеялись, на своего связанного командира. Он никак не мог сосредоточиться на вопросах страшного человека с пистолетом, никак не мог справиться со ступором, язык не слушался его, хотя все естество хотело, жаждало жить! – Три, – произнес Меркулов и выстрелил. Спецназовец выстрелил не в голову пленного, а рядом с ней. Пуля зарылась в землю, оглушив и без того растерянного человека, в нос ударил запах сгоревшего пороха. Пленник закричал от страха и замотал головой. – Не стреляйте, я скажу. Не убивайте! Я сейчас… Я все скажу… – Промахнулся я. Ну, давай, – кивнул Меркулов и снова приставил дуло к голове пленника. – Ну, давай еще раз попробуем. Поехали! Сложив трупы на поляне и забросив трофейное оружие в вездеход, спецназовцы туда же загрузили двух пленных боевиков, тщательно связанных по рукам и ногам. Меркулов собрал своих бойцов чуть поодаль, чтобы разговор не услышали пленники. – Сработали хорошо. Теперь задача – по следам вернуться назад к тому месту, откуда выехала эта группа. Если другие террористы и заложники все еще на месте, мы выполняем поставленную задачу. Если они уже уехали оттуда на любом транспорте, мы продолжаем преследование. Все решения принимаем согласно ситуации. Есть что сказать, ребята? – Согласны, командир, – кивнул Рысь. – Если верить этим уродам, то мы отработали только что их отвлекающий маршрут. Теперь самое время вернуться к основному. Главное, что заложники живы и лейтенант жив.
Марина сидела на еловых ветках, прижавшись спиной к дереву. Ее запястья были связаны, но это ее волновало меньше всего. |
