Глава 5

Огромные сосны и кедры, наполовину скрытые густым туманом, возвышались над землей, как молчаливые стражи. Холодный ветер пробирался между деревьями, шелестя их ветвями, словно некие видения из мира снов. Спецназовец разжег небольшой костер, чтобы согреться и хоть немного разогнать окружающий мрак. Самсонов сидел, прислушиваясь к каждому звуку, погруженный в свои мысли о задании и о том, что может ожидать его впереди в этой загадочной и тревожной чащобе.

Ночь постепенно окутывала его своим черным крылом, глаза закрывались от усталости, и спецназовец погрузился в беспокойный сон. В этом сне он вновь оказался в алтайском лесу, но теперь деревья были будто живые, они шептались на странном языке, и язык их был пугающим и непостижимым. Он понимал, что на кону жизни заложников, на каждом шагу могла быть ловушка, готовая захлопнуться в любой момент. И вот он услышал крики – беспомощные, пронизанные болью и страхом, эхом разносящиеся среди мрачных стволов деревьев.

Сквозь густой туман появились силуэты террористов. Они приближались медленно, словно специально желая вселить в него ужас. Туман сгущался, дыхание стало тяжелым, как будто сам лес стремился задушить его. Террористы внезапно исчезли, и на их месте возникли лица друзей, погибших на заданиях. Их глаза смотрели с упреком, как бы обвиняя его в том, что он не сумел их спасти, помочь в том их последнем бою. Тревога во сне нарастала, превращаясь в удушающее чувство вины и безысходности.

Резкий звук – он проснулся. Костер почти погас, а вокруг царила глухая тишина. Это была та самая тишина, которая пугает больше всего – прежде чем враг нанесет удар. Он понял, что сон был предостережением, эмоциональным маяком на пути к реальной битве, где каждый шаг и каждое мгновение могли стать роковыми. Спецназовец встал, проверил оружие и снаряжение и, еще раз оглянувшись на угасающий огонь, двинулся вперед в глубину алтайского леса, готовый встретить любую опасность.

В темноте Самсонов двигался осторожно, каждый шаг был выверен и осмотрителен. Силуэты деревьев, словно гигантские стражи, наблюдали за его продвижением. Ветер принес запах влажной земли и хвои, смешанный с легкими оттенками гари от почти потухшего костра. Спецназовец знал, что ему нужно быть начеку – враги могли появиться из ниоткуда, и малейший звук мог стать сигналом к началу схватки.

Он чувствовал, как напряжение постепенно нарастает в нем. В лесу стало темнее, туман сгущался, делая видимость минимальной. Его зрение и слух обострились до предела. Он проверил радиосвязь, но эфир оставался пустым, словно мир вокруг забыл о его существовании. Ничего, ведь это не в первый раз – действовать в одиночку, говорил себе спецназовец. Так было уже много раз. Ты оставался один потому, что все повернулось во время задания, во время непредсказуемого боя. А было так, что ты шел на задание один именно потому, что так было надежнее. И вот сейчас ты снова один. Ты знаешь, что где-то твои товарищи выполняют свой долг, делают свое дело так, как умеет делать только спецназ военной разведки. И ты один из них, и, даже находясь на расстоянии, ты ощущаешь плечо друзей, уверенность командиров. Ты один, значит, так надо, значит, иначе нельзя. И ты правильно сделал, что пошел один. По-другому ты поступить не мог в тот момент, и пользы от тебя будет больше, если ты доведешь до конца свою миссию. Только так ты поможешь своим друзьям, бойцам своей группы – Рыси, Банкиру. И своему командиру капитану Меркулову с позывным Берег.

Вдруг впереди мелькнул свет – едва заметный, но различимый среди густого тумана. Спецназовец остановился, затаив дыхание, прикинул расстояние и возможности подхода. Место, откуда исходил свет, могло быть лагерем террористов, а могло быть и ловушкой. Он двигался медленно, выбирая путь с максимальной скрытностью, стараясь не издавать ни звука.