Значит, это цель номер один. Убрать этого первым, чтобы он не успел с перепугу или по инструкции причинить вред заложникам. Второй часовой ходит около гусеничного вездехода. А там что можно охранять? Варианта два: или там в кузове вездехода под брезентом спит их командир, или там важный груз. Откуда у них груз? Могли и получить, но зачем? Им же надо с ценными материалами удирать побыстрее. А почему они не удирают? А если это приманка с помощью заложников? Вот, мол, мы, берите нас. А в это время серьезные люди, оставив тут всякую вооруженную шушеру, которую не жалко, удирают к границе, унося материалы. Налегке, так сказать. Значит, ловушка? «Ну, это мы еще посмотрим, кто тут самый "вредный"», – мысленно усмехнулся Самсонов, имея в виду свой позывной.

В лагере спецназовец насчитал около восьми человек. Обойдя лагерь почти полностью по периметру, он смог разглядеть то, что, кроме двух часовых, пятеро лежали на спальных мешках возле потухшего костра. Возле каждого лежал автомат. Под тентом вездехода в кузове тоже были люди. Один раз приподнялся край брезента, и оттуда раздался невнятный голос. Часовой что-то ответил, и тент снова опустился. В щели мелькнул огонек. Видимо, кто-то прикуривал, и это был огонек зажигалки. Простая логика подсказывала, что в кузове могут спать лишь начальники, командиры или раненые. Раненым вроде бы взяться неоткуда, значит, начальство. На десять человек много начальников не бывает, но минимум двое там спят. Скорее, надо рассчитывать на троих.

Вытащив из ножен нож, Самсонов примерился и швырнул его так, чтобы он упал возле ног заложников. Даже в темноте они должны были заметить его падение. Нож еще летел по воздуху, а спецназовец уже взялся за рукоятку автомата, и его палец лег на спусковой крючок. Короткая очередь, и первый часовой, который топтался неподалеку от заложников, повалился на траву. Второй часовой при первом же звуке выстрелов сорвал с плеча автомат, но больше ничего сделать не успел. Вторая короткая очередь досталась ему, и боевик опрокинулся спиной на кузов вездехода и сполз по нему на землю, замерев без движения.

Теперь Самсонов ожидал огня в свою сторону сразу из нескольких автоматов. Но еще ему подсказывала интуиция, что эта группа не просто так тут торчит посреди леса. Боевики ждали нападения и готовились к нему. Тем более что две растяжки он нашел на подходе к лагерю. Ближе они вряд ли стали бы ставить, боясь самим попасть под осколки от взрывов. И теперь он смещался влево так, чтобы оказаться на одной линии с группой, спавшей у костра, и теми, кто ночевал в вездеходе.

Люди у костра мгновенно вскочили и схватились за оружие. Они были как на ладони, но тут случилось то, чего Самсонов и ожидал. Откинулся тент вездехода, и по лесу в том месте, где он находился несколько секунд назад, стегнула очередь ручного пулемета. Еще несколько шагов, и пулеметчик, даже если он и видел спецназовца, не станет стрелять, боясь зацепить своих. Но пулеметчик ничего не видел. Он продолжал косить ветки деревьев и кустарник в том месте, откуда Самсонов только что стрелял и откуда он свалил двух часовых.

Две гранаты взлетели в воздух в темноте, а спецназовец присел у ствола дерева на одно колено, прикрываясь от пулеметных очередей стволом, если начнут стрелять по этому участку. Взрыв, еще один осветили поляну, на землю полетели люди, двое падали картинно, как в замедленном кино. А Самсонов открыл стрельбу. Он свалил сначала человека, который кинулся назад в лес, потом еще двоих, которые попытались улечься за поваленным бревном и открыть ответный огнь.