Меркулов, выпотрошив рюкзак одного из убитых боевиков, набросал в него полтора десятка полных автоматных магазинов, четыре гранаты и несколько банок тушенки. Все это он повесил на заднее сиденье своего квадроцикла и снова завел его. Бензина оставалось треть бака, и уверенности в том, что он скоро догонит главаря этой террористической банды с секретными материалами, у него не было. След есть, но он может закончиться, и тогда действовать придется наугад. Осталась уверенность, что у главаря немного людей, что он всех растерял в засадах и попытках остановить преследующий его группу спецназ. Времени у Серого нет, он понимает, что с каждым часов увеличивается вероятность попасть в плотное оцепление района, что район блокируют и ему не выйти, не сесть ни на один автобус, ни на один поезд или самолет. Была вероятность чартера, который унесет его черт знает как далеко, но ФСБ, очевидно, этот вариант тоже учтет.

Он то гнал свой квадроцикл на бешеной скорости, то ехал медленно, вглядываясь в след, оценивая время, когда этот след могли оставить. Был момент, когда Меркулов совсем отчаялся догнать банду, но тут ему попалось место, где бандиты сделали остановку. Мало кто задумывается, но по следам, которые люди оставляют на отдыхе, пусть даже они и пытаются не оставить следов, понять можно многое. Найти место, где банда справляла нужду, не составило труда, и Меркулов понял, что нагоняет врага.

Иногда везение кончается очень неожиданно. Для Меркулова оно закончилось взрывом гранаты под задним колесом квадроцикла. Машину занесло так, что спецназовец не смог удержать руль, и в последний момент, чтобы его не придавило тяжелой техникой, соскочил с него и покатился по траве, немного оглушенный. Он не выпустил из рук автомата, но рюкзак, набитый боезапасом, остался на перевернувшемся квадроцикле. Меркулов хотел вскочить, но тут ему кто-то наступил на левую руку, а правую прижали коленом, и в горло уперлось холодное лезвие ножа. Спецназовец увидел лицо, которое видел на фотографиях. Так вот ты какой, Серый!

– Значит, сам командир мне попался, – процедил сквозь зубы террорист. – Капитан, да? О, спецназ ГРУ! Лестно, лестно, только где твои бойцы, капитан? Что же ты один за мной гоняешься? Думаешь, что остановил меня? Слабоват против меня даже твой спецназ. Я головой работаю, а вы только бегать быстро умеете. Но бегаете вы хорошо, жалко, что все закончилось. Нет у меня времени с тобой продолжать эти игры.

Меркулов лежал спокойно и слушал, глядя террористу в глаза. А ведь он устал, заела его эта погоня, в которой он все время проигрывал. Дурак, даже в кино простой зритель понимает: если отрицательный герой в самый напряженный момент начинает много говорить, то, значит, он проиграл. Так получалось и здесь. Выговориться захотелось замученному погонями Серому, свое эго потешить. Я крутой, круче вашего спецназа!

Серый поднялся и отряхнул колени. Двое его боевиков продолжали держать спецназовца и ждали приказа. Серый усмехнулся, в последний раз посмотрел на пленника и сказал:

– Не надо сложностей. Просто убейте его и положите рядом с перевернувшимся квадроциклом. И растяжку поставьте, и гранату под его тело. Пусть сюрпризом будет тем, кто его найдет и кинется осматривать, проверять, живой он или нет.

«Опять много болтает, – подумал Меркулов. – Нервы совсем расходились у Серого». Человек, державший нож у горла спецназовца, повернул голову, чтобы кивком ответить главарю, что приказ понят. Нож в этот момент непроизвольно отодвинулся от горла на какие-то десять сантиметров, но спецназовцу хватило и этого. Дернув головой, он схватил зубами мягкую часть кисти вооруженной руки и стиснул так, что в рот ему брызнула кровь. Боевик заорал, но никак не мог выдернуть руку из зубов Меркулова. Второго спецназовец ударил носком ботинка в голову из такого положения, из которого тот не рассчитывал получить удар.