Улыбка Кларка стала шире.

— Нет, пока нет. Приятного дня, шлюха.

Он отошел и стукнулся ладонью поднятой руки с двумя другими парнями.

Моника снова с отвращением посмотрела на фотографию на своей груди, и тут к ней подошла девушка, тоже уроженка Морганвилля, но снявшая свой браслет. Моника заметила ее, лишь когда та оказалась прямо перед ней.

Эта без всяких разговоров достала еще одну бирку и приклеила ее на грудь Моники рядом с фотографией Энни Макфарлейн.

На ней большими красными буквами было написано: «УБИЙЦА».

После чего девушка просто пошла дальше.

Моника попыталась сорвать наклейку, но Кларк не сводил с нее взгляда.

— Тебе идет. — Он указал пальцами на свои глаза, а потом на нее. — Мы весь день будем следить за тобой. Появятся и новые наклейки, не сомневайся.

Кларк был прав. Для Моники Моррелл этот день должен был стать по-настоящему скверным и очень, очень длинным. Даже Джина и Дженнифер отступились от нее и бросились в разные стороны.

Взгляд Моники упал на Клер. В ее глазах полыхали страх, стыд и самая настоящая боль.

А потом она снова окружила себя привычной броней и взорвалась:

— Что уставилась, идиотка?

— Смотрю, как торжествует справедливость. — Во взгляде Клер возникло выражение недоумения. — С какой стати ты не осталась с родителями?

— Не твое дело! — Однако злобы во взгляде Моники поубавилось. — Папа хочет, чтобы все мы вели себя как обычно. Пусть люди увидят, что мы не боимся.

Моника прижала книги к груди, прикрывая ими наклейки, и торопливо зашагала дальше.

Она не прошла и десяти футов, как какой-то незнакомый парень подбежал и пришлепнул ей на спину фотографию худенькой девочки и парня лет пятнадцати, с надписью под ней: «Убийца Алисы».

Потрясенная Клер осознала, что мальчик на фотографии — Шейн. И рядом его сестра, Алиса, погибшая во время пожара, разожженного Моникой.

— Справедливость, — повторила Клер.

На самом деле от всего этого она почувствовала себя больной; справедливость — совсем не то же самое, что милосердие.

Она решала, что делать, когда зазвонил ее телефон.

— Возвращайся домой, — сказал Майкл. — От Ричарда из ратуши пришел сигнал тревоги.

12

Сообщение поступило через кодированную сеть с использованием раций, а ведь Клер считала, что эта сеть, организованная и поддерживаемая Оливером, больше не работает. Однако Ричард сумел ее использовать. Ворвавшись в дом, тяжело дыша, Клер услышала, как в гостиной разговаривают Майкл и Ева. Она заперла дверь и заторопилась к ним.

— Что я пропустила?

— Тсс, — одновременно прошипели оба.

Майкл, Ева и Шейн сидели за столом, напряженно глядя на лежащую в его центре маленькую рацию. Майкл отодвинул кресло для Клер, она села и постаралась отдышаться.

Звучал голос Ричарда.

— ...точно неизвестно, заденет ли нас этот шторм, но в данный момент метеослужба сообщает, что линия его движения проходит прямо над нами. Он будет здесь через несколько часов, где-то с наступлением темноты. В это время года активность торнадо обычно снижается, но, по их словам, существует реальная угроза. Это скверная новость — учитывая все то, что у нас творится. Я привел в полную готовность аварийные службы и гражданские патрули. Если шторм и впрямь разразится, все должны находиться в надежных убежищах.

Если вы неподалеку от ратуши, приходите сюда; у нас в подвале есть убежище. Руководители гражданской обороны, идите в своем районе от двери к двери, предупреждайте людей о надвигающемся шторме и объясняйте, как они должны действовать. Мы делаем объявления по телевидению и радио; университет также принимает необходимые меры предосторожности.