— Все, я решила!

— И?

— Я выхожу за тебя замуж!

В ту же секунду она вспомнила, как те же самые слова она сказала Нику, только обстановка, в которой они говорились, была иной. Ник тогда подготовился по всем правилам. Столик в достаточно дорогом и немноголюдном ресторане. Мягкий, приглушенный свет. Скрипичная музыка, даже розы… Ник был такой милый, такой красивый…

Софи посмотрела на Бобби и вдруг, что называется, нутром почувствовала: она поступает абсолютно правильно!

С ее плеч словно свалился стопудовый груз, о котором она даже не подозревала. Ей стало легко и весело.

— Давай поженимся! — улыбаясь, повторила она опять.

— Я очень рад услышать от тебя это. Конечно, давай! — тоже улыбаясь, сказал Бобби и взял ее за руки.

— И тебя даже не пугает, какую ты при этом получишь тещу? — Он расхохотался.

— Абсолютно нет.

Как я раньше не замечала, что, когда он улыбается, лицо его начинает светиться? — возникла в голове Софи удивительная мысль. А глаза? Неужели у него всегда были такие искрящиеся голубые глаза? А что у него со ртом? Почему я никак не могу оторвать взгляд от его губ и почему мне так хочется их поцеловать? Что произошло с Бобби? Я совсем не узнаю его!

Сделав над собой усилие, Софи оторвала взгляд от его лица и, чтобы разрядить обстановку, шутливо сказала:

— По крайней мере, мне не придется говорить маме, что она хлопотала напрасно, потому что мы передумали жениться. Если ты не против, — уже серьезно добавила Софи, — я попрошу ее заняться всеми необходимыми приготовлениями. Ей это доставит большое удовольствие.

— Я только за, — ответил Бобби. Ему хотелось броситься к Софи и заключить ее в объятия, но вместо этого он спокойно встал из-за стола и направился к холодильнику.

— Даже если свадьба будет на Рождество?

— А какая разница? Правда, если ты считаешь, что на Рождество для тебя еще слишком рано, то мы можем пожениться весной. У нас будет не рождественская свадьба, а весенняя! По-моему, тоже звучит неплохо.

— Ни за что! Хочу замуж на Рождество!

Софи лежала в кровати в спальне для гостей и слушала, как за окном завывает ветер. Огромные капли дождя с бешеной силой колотили по стеклу.

В такую ночь хорошо лежать в постели с любимым человеком. Он обнимает тебя и крепко прижимает к себе. Как тепло и спокойно рядом с ним…

А не пойти ли ей к Бобби? — вдруг подумала Софи. Его комната была совсем рядом, всего пара шагов по коридору. Я тихонько войду в его комнату, принялась мечтать девушка, и быстренько заберусь под одеяло. Молча обниму и прижмусь к нему. Бобби тут же проснется, повернется ко мне и слегка подвинется, чтобы я могла устроиться поудобнее. Мне будет так хорошо с ним… А вдруг нет?

Софи вспомнила, что перед тем, как они разошлись по разным комнатам, Бобби поцеловал ее в щеку и, пожелав спокойной ночи, сказал напоследок: «Софи, ни о чем не думай. Все будет так, как и должно быть».

Софи очень долго не могла заснуть. Ворочалась с боку на бок и размышляла о том, что за этот год она привыкла думать только в сослагательном наклонении: если Мелисса не приехала бы к ней в Лондон, если Ник не увидел ее и не влюбился бы с первого взгляда, если он продолжал бы любить ее, Софи, как и прежде… Словосочетание «хорошо, если бы» являлось стержнем всех ее размышлений. Но сегодня, чуть ли не в первый раз за все время, ее гораздо больше занимали другие вопросы. Как отреагирует Бобби, если она придет к нему в комнату? А что почувствует она сама, если он поцелует ее? Возбудится ли от его прикосновений или останется безучастной? Что произошло? Кто из них изменился: Бобби или она сама?

Неужели она собирается использовать Бобби для того, чтобы излечиться от своей сумасшедшей любви к Нику?

Нет! Так вопрос не стоит! Софи давно поняла, что Бобби для нее самый близкий и родной человек.