Мария избавилась от пальто, бросила ключи в стоявшую рядом с дверью деревянную вазу и уже готовилась снять вечернее платье, когда ее рука вдруг скользнула вниз и пальцы прикоснулись к блестящей шелковой поверхности чуть ниже грудины. Она ничего не чувствовала, но знала, что он там. Шрам. Отметина, которую оставил мерзавец, вонзив клинок ей в живот.

Услышав стук в дверь, Мария вздрогнула. Оскар. А ведь она думала, что этот человек все понял. Сердито вздохнув, она вставила в паз дверную цепочку и лишь после этого приоткрыла дверь. Увидев, что это не Оскар, Мария даже испытала нечто похожее на разочарование. Сняв цепочку, она распахнула дверь, чтобы впустить Анну Вольф и Хенка Германна.

– В чем дело? – спросила она и, не дожидаясь ответа, потянулась к ящику шкафа возле двери, где хранился ее служебный «зауэр».

– Наш друг – любитель литературы снова взялся за дело. Мы имеем труп мужчины. На сей раз в парке Штерншанцен – под водонапорной башней.

– Фабелю сообщили?

– Да. Но он в Восточной Фризии. Шеф приказал мне доставить тебя на место, чтобы запустить машину следствия. Сам он уже в дороге, и мы позже встретимся с ним в Президиуме. – Анна улыбнулась, увидев, как Мария, зажав в руке «зауэр», с недоумением взирает на шелковое вечернее платье, словно не зная, куда повесить кобуру. – Замечательное платье. Мы подождем, пока ты переоденешься.

Мария ответила ей благодарной улыбкой и направилась в спальню.

– Да, Мария, – сказала Анна, – на этот раз все выглядит особенно мило. Этот гад выдавил жертве глаза.

Сотрудники патрульно постовой службы и люди из команды технических экспертов уже успели соорудить барьер в радиусе пятидесяти метров от места убийства. Само тело было окружено второй линией непрозрачных экранов. Место убийства заливал белый свет дуговых ламп, а откуда то из темноты доносился гул мобильного электрогенератора. Парк Штерншанцен был полем битвы между молодыми честолюбивыми семьями, переезжающими в этот становящийся все более и более престижным район, и наркоторговцами, наводняющими парк после наступления темноты. Окружающие место преступления деревья в свете дуговых ламп выглядели угрожающе, а за ними в темноте едва виднелась устремленная в небо водонапорная башня из красного кирпича. Мария обратила внимание на то, что окружающая обстановка почти полностью совпадает с обстановкой в парке Винтерхуде. Там тело находилось в тени планетария, который некогда тоже был водонапорной башней. Убийца хотел им этим что то сказать, и Мария проклинала себя за то, что не способна в отличие от Фабеля дать толкование извращенным мыслям психопата.

Руководителем дежурной команды экспертов был не Браунер, а молодой человек, которого Мария раньше не встречала. Она подумала, что наступила «ночь заместителей», но тут же выбросила из головы эту глупейшую мысль. Когда она вошла в защищенную зону, на ее руках уже были перчатки из латекса, а на ногах – пластиковые бахилы. Руководитель экспертов представился как Грюбер. У Грюбера было бледное лицо и темные, беспорядочно спадающие на высокий лоб волосы. Он носил большие круглые очки, за которыми поблескивали карие глаза. Вид у него был совсем мальчишеский, и Мария про себя тут же окрестила его «Гарри Поттером».

В центре окруженной экранами зоны лежал мужчина. Создавалось впечатление, что с ним уже поработали в похоронной конторе. Покойник был облачен в светло серый костюм и белую рубашку с золотистым галстуком. Его руки были сложены на груди, а между ладонями находился локон белокурых волос.