Мария изучила поврежденную руку. Запястье распухло, но кости, видимо, остались целыми. Боль уже начинала спадать. Мария чуть повела наведенным на голову Ольсена стволом и прошипела:

– Ах ты, сукин сын. Здоровенный XYY урод. Тебе нравится бить женщин, скотина?

Анна Вольф уже мчалась к ней на помощь.

– С тобой все в порядке? – выкрикнула она на бегу.

– Я в полном порядке, – ответила Мария, не сводя с Ольсена глаз. Голос ее звучал несколько напряженно. – Значит, ты обожаешь пугать женщин? Причинять им боль? – Она изо всех сил ударила каблуком по лицу Ольсена, и из его рассеченной этим ударом щеки хлынула кровь.

– Мария! – крикнула Анна, наводя служебный «зауэр» на преступника. – Мария! – повторила она, подняв глаза на коллегу. – Он наш. Все в порядке. Можешь расслабиться.

Рядом с ними возник Хенк Германн, и Мария услышала шаги бегущих к ним на подмогу Фабеля и всех остальных. Хенк упал на колени рядом с преступником, перекатил его на живот, заломил руки за спину и защелкнул наручники.

– Ты в порядке? – Фабель нежно обнял Марию за плечи и развернул в другою сторону.

– Я в порядке, шеф, – широко улыбнулась Мария, – В полном порядке.

– Хорошая работа, – сказал Фабель, чуть сжимая ее плечо. – Просто отличная.

Хенк Германн перевернул Ольсена на спину, и Фабель, заметив кровоточащую рану на щеке беглеца, спросил:

– Что это с ним?

– Он упал, шеф, – ответила Мария, пытаясь подавить улыбку.

В этот момент к ним присоединились Вернер и парни из мобильного спецназа. Вернер взглянул на разорванную щеку Ольсена, притронулся к марлевой заплатке на своей голове, повернулся к Марии и сказал:

– Отлично сделано, чтоб я сдох!

Глава 49

18.00, вторник 20 апреля. Полицайпрезидиум, Гамбург

Некоторые аспекты полицейской работы легко предсказуемы. И одним из таких предсказуемых событий был отказ Ольсена давать показания до тех пор, пока ему не дадут возможности встретиться с адвокатом. Для обработки раны на лице его доставили в госпиталь. Когда Фабель спросил Ольсена, нет ли у него жалоб в связи с полученными во время задержания травмами, тот с горьким смехом ответил:

– Как сказала та фрау, я просто упал.

Однако совершенно неожиданным для всех оказались слова адвоката, произнесенные им после двадцатиминутной беседы с Ольсеном. Достойный юрист официально сообщил, что клиент согласен сотрудничать с полицией и готов сделать чрезвычайно важное заявление.

Прежде чем отправиться на допрос, Фабель собрал всех ведущих членов своей команды. Анна Вольф с торчащими пиками своих коротких черных волос и ярко красными губами была облачена в обычную кожаную косуху и джинсы. Было заметно, что поврежденная нога все еще причиняет ей неудобство. Вернер спокойно сидел за столом, и яркий кровоподтек вокруг марлевой заплатки на его голове невозможно было не заметить. Мария, как всегда, элегантно расположилась за столом, но ее серые брюки были помяты и порваны, а правая рука висела на перевязи, которую ей соорудили в госпитале.

– В чем дело, шеф? – спросила Анна.

– Мне надо, чтобы один из вас участвовал вместе со мной в допросе Ольсена, – с ухмылкой ответил Фабель. – Но я никак не могу решить, кто из вас лучше сможет усидеть на стуле.

– Я точно смогу, – ответила Мария.

– При данных обстоятельствах, Мария, Ольсен, как мне кажется, будет более откровенен с человеком, который… ммм… не вступал с ним в близкий физический контакт.