Она думала, что именно наивность Финна О'Киффи тронула ее душу, хотя даже в этом костюме он был очень красивым ирландским юношей. В нем было что-то такое, какая-то сдерживаемая, но настоятельная потребность – не конкретно, скажем, в хорошей еде, а в самой жизни, как молотком ударившая в ее сердце.

– У меня чутье на талант, – часто говаривала она, проницательно вглядываясь в сидевших за ее столом квартирантов. – Разве не я предсказала успех своему квартиранту Нэду Шеридану и оказалась права? Разве он теперь, в этот самый момент, не на вершине актерской славы? И верьте мне, это лишь начало. Тому молодому человеку суждено подняться еще выше. А когда он вернется, то снова остановится у миссис Мэлони. И нигде ему не будет лучше, чем здесь.

В такие минуты квартиранты устремляли на нее свои взоры в надежде, что ее проницательный взгляд выведет их на дорогу к успеху, как это случилось с Нэдом; но из всех присутствующих только Финн вызывал в ней такое же чувство. Не Мария Вентури, молодая актриса третьего плана, уже три недели не платившая за комнату, и которая будет выставлена за дверь, если не расплатится в следующую пятницу; и не сестры Марканд, кокетливые француженки, игравшие в ревю, где они вскидывали свои ноги, демонстрируя публике больше, чем приличествовало бы, – но эти-то хоть платили вовремя; и не все другие, эти якобы драматурги, артисты эстрады и актеры, постоянно жившие на грани успеха, осаждавшие офисы антрепренеров днем и бродвейские бары по вечерам и постоянно надеявшиеся на удачу.

– Мистер О'Киффи не такой, как все, – говорила она своим постояльцам, представляя им пришедшего к столу ровно в шесть тридцать юношу. – Мистер О'Киффи будет заниматься финансовым бизнесом.

Услышав магическое слово «финансы», все с интересом посмотрели на юношу, которому она отвела почетное место за столом по правую руку от себя, на достаточно большом расстоянии от француженок, автоматически начинавших кокетничать с любым мужчиной независимо от того, насколько он стар или непривлекателен.

– Но разве не кокетничают буквально все? – невинно спросила Коринна Марканд, когда Эйлин предупредила ее о необходимости сдерживать себя.

Коринна, хорошенькая блондинка, страстно смотрела на Финна, и Эйлин бдительным оком следила за нею, пока худенькая девочка-служанка ставила перед каждым из квартирантов наполненную до краев чашку с бульоном.

– А что именно это значит – «финансовый бизнес»? – спросила Коринна, посылая через весь стол очаровательную улыбку Финну. – Это звучит так по-мужски…

– Это работа с ценными бумагами и акциями, – пояснил Финн, возвращая ей улыбку. – Мне предстоит работать на фирму «Джеймс энд компании», это брокерская фирма.

Об этой фирме слышали все и все уважительно посмотрели на Финна, представляя себе, как много он, должно быть, будет получать.

– И что же вы будете там делать, мистер О'Киффи? – спросила Эйлин.

– Мне предстоит научиться этому бизнесу, мэм. Меня будет учить сам господин Джеймс.

Это произвело впечатление даже на Эйлин, и Финн решил, что лучше не говорить о том, что он всего лишь выскочка из конюхов и кучеров и что благодаря своему доброму сердцу господин Джеймс дает ему возможность усовершенствоваться.