|
Серией быстрых ударов я сшиб моего противника на песок, но при этом изо всех сил притворялся, будто и сам вымотан настолько, что едва держусь на ногах. — Ловко он его! Славные удары! Молодчина! — кричали зеваки. Я глянул на северянина, сидевшего на песке, и сделал вид, что и сам не могу поверить своей победе. — Поднимайся! — орали зрители. Крестьянина подхватили под мышки и утащили с арены. — Десять тарсков! — выкрикнул другой крестьянин. — Ставлю десять медяков, что я вываляю этого парня в песке! — Можешь ты драться дальше, Джейсон? — обеспокоенно спросил трактирщик. Такого рода потасовки привлекали народ в его заведение. Он имел на этом барыш и, так же как и я, был заинтересован в проведении как можно большего числа поединков. — Попробую, — сказал я. Второй доброволец, сорвав тунику, ринулся на арену и принялся размахивать увесистыми кулаками. Надо думать, его несколько удивляло, почему из такого множества ударов ни один по-настоящему не достигает цели, хотя несколько тумаков, ради иллюзии равного поединка, я все-таки пропустил. С этим парнем мне пришлось повозиться даже дольше, чем с его предшественником. Но едва стало ясно, что зрительский интерес ослабевает, мой соперник полетел на песок. С арены его уволокли за ноги. — В толк не возьму, как такой неуклюжий парень может так часто выигрывать, — заметил мужчина, стоявший у самого края арены. — Он еще не встречался с Хаскуном, — уверенно произнес кто-то. — А вот и я, Хаскун, — заявил здоровенный громила, выходя на песок. Хаскун был силен, но слишком высоко задирал руки. Следующий после Хаскуна больше походил на борца, чем на кулачного бойца. Пятый оказался гребцом с зерновой галеры. Мускулы его выглядели устрашающе, но вот навыков рукопашного боя ему явно недоставало. То, что стычка со мной закончилась для него переломом челюсти, было чистой случайностью — он сам напоролся физиономией на мой кулак. — Теперь уж Джейсон вконец вымотан, дунь — и свалится, — бодро объявил трактирщик. — Кто еще выйдет на песок? Однако, как я и ожидал, желающих помериться со мной силами больше не нашлось. Я поднял руки, а потом натянул свою тунику. Проведенные поединки не заставили меня даже особо запыхаться. Всех пятерых парней, что помогли мне заработать денег на проезд вниз по реке, за мой счет щедро угостили пагой. Это позволило им забыть о своих шишках да синяках. Деньги пришлись мне как нельзя кстати, поскольку десять серебряных монет, вырученных за продажу моей бывшей хозяйки, уже изрядно истощились. Вообще-то на Горе такой суммы хватало на несколько месяцев безбедной жизни. Но в нынешние смутные времена цены, особенно в Ларе и окрестностях, сильно подскочили, и мне поневоле пришлось искать дополнительные источники дохода. — Ты не обычный драчун, — заявил первый из побежденных мною парней, здоровяк северянин. — Не говори об этом слишком громко, — попросил я. — И то, — согласился он. — Сказать по правде, — произнес другой, — давненько я не получал такой взбучки. — Спасибо вам, ребята, — искренне поблагодарил я всю компанию. |
