|
Молоденькие рабыни в ошейниках, прекрасно смотревшихся на их стройных шеях, столпились вокруг меня, чтобы налить мне паги. Трактирщик подошел к моему столику, и я с кубком в руках встал, чтобы его приветствовать. — Ты хорошо дрался, Джейсон, — сказал он. — Спасибо, — ответил я и посмотрел вниз. У моих ног, робко поглядывая на меня снизу вверх и прижимаясь щекой к моему правому колену, сидела на корточках рыжеволосая танцовщица. Цепочки, свисавшие с ее ошейника, ниспадали на пол. — Ты здорово дрался, Джейсон, — повторил кабатчик. — Она твоя на всю ночь. Используй ее в свое удовольствие. — Премного благодарен, почтеннейший, — отозвался я и, высоко подняв кубок, отсалютовал ему и своим недавним соперникам. — Еще раз спасибо вам всем! Последовал обмен поздравлениями и благодарностями. Потом я взял кубок в левую руку, щелкнул пальцами правой у своего бедра и раскрыл ладонь. Рабыня приподнялась, так что ее затылок оказался как раз под моей рукой, и я запустил пальцы в густые, шелковистые рыжие волосы. Девушка вздрогнула и поцеловала мое бедро. Не оставляя бокала, я потащил ее за волосы к ближайшему пустому алькову. Длинные тонкие цепочки нежно позвякивали. 6. УЗНАВ О РЫНКАХ ВИКТОРИИ, Я РЕШАЮ ОТПРАВИТЬСЯ ТУДА Женщин почти всегда выставляют на продажу обнаженными. Таким образом мужчина может увидеть, что, собственно, он покупает. Я отошел от загона для рабынь, походившего на большой сарай, но продолжал слышать доносившиеся оттуда выкрики аукционера. Потом они стихли. Я подумал, что за ту симпатичную брюнетку торговец наверняка содрал хорошую цену. Она была из последних, кого выставили на продажу в тот вечер. Еще до того, как брюнетку выволокли на торговую площадку, я осмотрел девушек, оставшихся в клетках, и убедился в том, что среди них не было той, кого я разыскивал. Во дворе меня остановили двое охранников. — Ты, что ли, будешь Джейсон-драчун? — спросил один из них. — Ну, я. А что с того? — Да то, приятель, что я советую тебе убраться из Фины подобру-поздорову. — Ладно, как скажешь. Спасибо за совет. Спорить с ними не имело смысла, тем паче что я все равно собирался покинуть Фину до утра. В общем-то, меня выставляли из города не в первый раз — достаточно вспомнить ту же Танкредову Пристань. Несколько дней назад я покинул Лару. Как ни странно, солдаты из Ара натворили в городе не так уж много бед — они очистили его от речных пиратов, малость пограбили и, конечно, разжились рабынями. Однако эта акция произвела переполох среди воинов Лары, двигавшихся к Вонду. Таким образом, стратеги Ара добились желаемого — в страхе за родной город, оставленный без защиты, полководцы Лары приостановили продвижение на север и не приняли участия в боевых действиях, развернувшихся вскоре к северо-востоку от Вонда. Подошедшие туда силы из Порт-Олни получили неожиданное подкрепление из Тая — целый отряд под командованием Тандара Тайского, одного из сыновей Эбулия Гая Кассия. Произошло сражение, ожесточенное, но не принесшее никому решающего успеха. На второй день обе армии оставили поле боя. Брошенная в атаку пехота Ара нарвалась на превосходящие силы противника, но ее мобильность и умелое взаимодействие с тарнсменами в известной степени позволили компенсировать нехватку численности. Интересно, что Тандар из Тая так и не бросил вызов Ару в небе. |
