|
— Это логовище ворья. Весь город — не более чем бандитский притон и большой невольничий рынок. — А рынок действительно велик? — Еще как. И, по правде сказать, там можно разжиться хорошим товаром по бросовой цене. — Значит, там дешево продают? А почему? — осведомился я. — Если девчонки достаются даром, нет смысла заламывать за них втридорога. По низкой цене товар расходится быстрее, а хозяин все равно с барышом. — Ага, стало быть, там торгуют главным образом пиратской добычей. Так? — Само собой, — сказал капитан, — у нас на реке это каждому сосунку известно. — Что известно? — Да то, что я тебе только что сказал. Что в Виктории разбойничий рынок, где можно недорого разжиться награбленным. Я направляюсь в Тафу, — продолжал речник, — и ни в какой Виктории бросать якорь не собираюсь. — Возьми меня гребцом, — предложил я, — а коли не хочешь швартоваться в Виктории, высади на берег где-нибудь в окрестностях. До города я уж как-нибудь пешком доберусь. — Вообще-то, — проговорил капитан, размышляя вслух, — лишний гребец мне не помешает. Пусть даже только до Виктории. — А я что говорю? — К тому же, — добавил он, — западнее Виктории мы, скорее всего, найдем другого желающего помахать веслами. — Вот-вот, — поддакнул я. — К тому же до Виктории я буду грести на твоем корыте бесплатно. Только за проезд. — Не шутишь? — Вполне серьезно. Денег мне не надо. Капитан ухмыльнулся. — Коли так, приятель, то мы отчалим не позднее чем через час. 7. Я ПРИБЫВАЮ В ВИКТОРИЮ И УЗНАЮ О НЕВОЛЬНИЧЬЕМ БАЗАРЕ В ЛИСАНДЕРЕ — Сколько предложат за эту девушку? Сколько? — выкликал аукционер. — Слушаю вас, почтенные покупатели! На грубом помосте верфей Виктории стояла ладная крестьянка с южного течения Воска. Разумеется, в ошейнике и на цепи. Это была светловолосая девушка с плотными лодыжками, здоровая и крепкая, типичная южанка. — Две доли тарска, — донеслось из толпы. Я протискивался сквозь толпу, запрудившую пристань, огибая клети с товарами. Над причалами торчали мачты речных судов. Пахло водой и рыбой. — Я слышал, что топаз везут на восток, — сказал один торговец другому. — Для безопасности речной навигации это не сулит ничего хорошего, — отозвался его приятель. Я протиснулся мимо них и тут же отпрянул, едва не натолкнувшись на бурого слина. Зверь натянул толстую короткую цепь и зарычал, оскалив страшные клыки. Такому зверюге ничего не стоит отхватить человеку ногу у самого бедра. — Фу, Таба! Сидеть! — приказал один из купцов. Зверь с шипением припал на четыре задние лапы, но шерсть его оставалась вздыбленной. Он запросто вырвал бы из деревянной стены кольцо своей цепи, взбреди ему это в голову. Я попятился, а купцы, не обращая на меня внимания, продолжили свою беседу. |
