– Я там случился. И еще нежить какая‑то. Страшненькая, но оч‑чень влюбчивая. И братец ее меньший… Как, говоришь, со стороны все выглядело?

Андрей помялся, подбирая сравнение.

– Атомный взрыв в кино видел? – спросил он и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: – Один в один, только без облака и радиации… и волна быстро затухла – я думал, все, вместе с платформой снесет – деревья, как солому, раскидало – уже и Богу молиться начал, ан нет, не дошло до платформы…

Я молчал, ожидая продолжения.

– Возвращаются способности? – спросил он как бы невзначай, сделав приличествующую случаю паузу, однако в голосе звенела исследовательская жадность.

– Сложный вопрос, – я устал и врать не хотелось, – с выбросами еще худо‑бедно – сам же видел, а все остальное – совсем никак. Мне сейчас другое интересней кажется – что за нечисть тут ошивалась? Ты же у нас специалист по потустороннему… или нет?

– Опиши, – попросил Андрей, – может, и узнаю, хотя я все же физик, а не демонолог…

Судя по интонации, с подходящими для этого случая демонологами Андрей был знаком давно и хорошо и очень жалел, что хотя бы один из них здесь не присутствует. Какая же контора держит в штате профессионалов столь редкого профиля? Надо бы выяснить при случае…

А описывать происшедшее в рощице было даже интересно: к финалу глаза нашего физика округлились до размеров неправдоподобных, брови уползли под прическу, а челюсть отвисла чуть не до груди. Любо‑дорого посмотреть со стороны! Тоже мне, исследователь паранормального! Физик, ядрена копоть! Я не выдержал и расхохотался.

– Ты чего? – недоуменно спросил он.

– Теперь я знаю, за что тебя девки любят, – сообщил я ему в перерывах между приступами смеха, – за наивность.

– А они любят? – хладнокровно поинтересовался он, закрыв рот и вернув глазам нормальный разрез. – Эт‑т хорошо. Плохо, что приятельница твоя мне абсолютно неизвестна. Не числится таких в оккультной литературе!

Непроизвольно отметив безапелляционность высказывания, выдавшую куда более близкое знакомство со спецификой обсуждаемой темы, чем Андрей пытался декларировать, я тем не менее вслух высказал совсем другое:

– Значит, пришлая? Что ж тогда такая слабенькая? Подрастеряла квалификацию с местными необразованными?

Я сказал и замер: конечно же, упыриха пришлая! И понятно откуда – совсем недавно мне и в голову не пришло бы удивиться при встрече с этакой девахой: подумаешь, упырь – он и в Африке упырь! Но как она попала сюда? Меня вернули, чтобы захлопнуть дверь между мирами.

Выходит, кто‑то успел подставить в щель ботинок, и кажется, я догадывался, кто именно. Весьма неприятная догадка.

– Слушай, Андрей! Ты со мной пообщаться хотел? Хо­тел. Считай, тебе повезло: мне нужна информация – об убийствах, исчезновениях, контактах со сверхъестественным и прочее, что по твоей части. Но свежее – после моего возвращения. И без фуфла. Усек? Жду звонка завтра вечером. – Настроение вдруг резко испортилось, и закончил я жестче, чем предполагал: – Все. Электричка подходит. И учти – сегодня нам в разные вагоны, а на вокзале – в разные стороны. Номер телефона найдешь в справочнике.

– Да есть он у меня, – как‑то вяло отреагировал на мою тираду Андрей, – просто не звоню без разрешения.

Я слегка почувствовал себя виноватым: и что я, действительно, напустился на парня? Работа у него такая. Не он мои неприятности сочинил, не ему бы и расхлебывать, а вроде помочь старается… или без мыла в… душу залезть хочет? Вот и номером моего телефона разжился не спросившись.