Я   шла   по   словно   пробудившимся   ото   сна   улицам   и   бубнила   себе   под   нос

стихотворение Юнны Мориц:

Улыбалась во весь рот и мое весеннее настроение передавалось шедшим навстречу

прохожим, которые - кто-то смущенно, кто-то искренне, открыто - отвечали мне

улыбкой на улыбку.

Ах, сколько всего можно сделать весной. Надо бы запланировать поездку в лес.

Сходить на речку. Устроить веселые старты.

В   школу   я   вбежала   возбужденная,   счастливая   от   предвкушения.   Занятия

проводила на одном дыхании. Весной была пропитана вся моя речь - даже смех

звучал как-то по особенному.

А дома меня ждала записка - Екатерина Васильевна просила меня перезвонить ей.

Сердце ошалело забилось в груди, на лбу выступила испарина. Неужели с НИМ

что-то случилось? Я не переживу... Не переживу этого.

Я бросилась к телефону, на ходу скидывая жакет с палантином и закидывая под

стул пакет с тетрадками.

- Екатерина Васильевна, здравствуйте, - выдохнула я в трубку, услышав ее бодрый

голосок, - что-то с Максимом? С ним все в порядке?

- Ах, Сашенька, как я рада тебя слышать. Моя дорогая, милая девочка, я так по тебе

соскучилась.   Вот   хотела   услышать   твой   голос.   С   Максимом   все   хорошо.   Не

переживай. Он, правда, стал реже захаживать ко мне. Все дела у него какие-то.

Видела бы ты его. Осунулся весь, похудел. На себя не похож. Но здоровье у него

отменное.  За   это  я   не  беспокоюсь.  Ну  как  ты?  Как  там  твои   детки?  Не  сильно

трепят нервы?

- Нет. Они у меня уникальные! - Я улыбнулась сквозь слезы и, прикрыв трубку

ладошкой, пару раз шмыгнула носом. - Каждый день учусь у них чему-то новому.

Они открывают мне мир заново. Я счастлива, что они у меня есть.

Я ненадолго замолчала, смахнула слезы, попыталась выровнять дыхание.

- А вы сами-то как, Екатерина Васильевна? Может что-то нужно?

-   Да   нет.   Вроде   все   есть.   Вот   генералить   на   выходных   собралась.   Раньше   мне

Максимка помогал. Но в этот раз не хочу его просить. Он последнее время сам не

свой.   Приедет,   навезет   всего,   что   нужно   и   не   нужно,   быстренько   уберется,

похватает чего-нибудь на ходу - я уже не помню, когда он ел по-человечески - и

скорей   к   себе   на   квартиру.   Говорит,   дел   много   накопилось.   Оно   и   понятно   -

директор как-никак. Вся школа на нем. Но нельзя же все на себя взваливать.

-   Екатерина   Васильевна,   давайте   я   помогу   вам   прогенералить.   У   меня   как   раз

ничего на выходные не запланировано. Я с радостью, правда.

- Ох, Сашенька, неудобно как-то. Я сама. Потихоньку, помаленьку.

- Не хочу ничего слышать, Екатерина Васильевна. В субботу утром я буду у вас.

Что-то прихватить с собой? Швабры, тряпки, бытовую химию какую-нибудь?

- Нет-нет. У меня все есть. Я тебе тогда пирожков испеку - с пылу, с жару, как

говорится.