Рапорт Эл Леон задержал на час. Эл терпеливо дождалась в приемной. Верна была поговорка: нет хуже, чем ждать и догонять. Время работало на нее, к концу часа она совладала с собой.

Эл ждал сюрприз. Кроме Леона в комнате для докладов оказалось еще десять человек: трое инспекторов, капитан "Центуриона", трое наблюдателей, Верден, еще один техник, "воскресший" командор Ставинский и секретарь. Все свидетели в сборе. Вот так толпа! Эл захотелось выругаться, но она поняла, что дать волю гневу – значит проиграть. Ей показалось, что она стоит перед ними в боевых доспехах, какие носили воины древней Земли. Воображение ясно нарисовало образ. Из-за правого плеча угрожающе виднелась рукоятка меча, а голову стянуло кольцо, немного причиняя неудобство. Ощущение стало таким четким, что Эл посмотрела на руки… Обычная форма Космофлота. Она перевела взгляд на присутствующих. Сердце билось: стук, стук, стук. Оно задавало ритм тому, как она будет говорить. Стук, стук. Точно. Ровно.

– Можешь начинать, – разрешил Леон.

Эл повторила заготовленную речь. До конца высказаться не удалось. Ее прервали. Началось обсуждение, перешедшее в спор. Перепалку затеяла не она. Донован, будь он не ладен, начал высказывать самые нелепые предположения, перебивая ее. Вмешался Верден, как без него, защищая Эл со своих позиций. Техник и инспектор пару минут орали друг на друга, вызывая всеобщее недоумение, пока Леон приказом не урезонил старика. Эл благоразумно не вмешивалась. Потом ее засыпали вопросами. Эл стояла, а они сидели, как на допросе. Потом опять начались споры, в которых непременно появлялись обвинитель и адвокат. Эл считала, что спорные моменты они должны были оставить для закрытого совещания, однако ее не удаляли в периоды обсуждений. Вопросы стали повторяться. Аудитория начала уставать. Эл удивилась – Курк молчал. Только раз он успокоил Донована, но в остальном, его словно не было. Неожиданно встал капитан "Центуриона". Он не выглядел грозно и вел себя с ней, как с равной. Эл впервые почувствовала себя капитаном на этой консилиуме.

– Почему вы поставили корабль под пароль? – спросил он, медленно выговаривая слова.

– В экстренной ситуации я имею на это право, капитан, до первого технического осмотра в моем присутствии, – пояснила Эл.

– Его еще не было?

– Нет. Я благодарна за то, что мне дали время, чтобы отдохнуть.

– Вы не доверяете службам порта? – спросил капитан. – Может быть я, как коллега, могу быть полезен.

– Вы не хотите, чтобы мы обследовали судно? Так? – вмешался Донован.

– Я не доверяла своим соседям по пирсу. Именно такие корабли атаковали меня.

– Они заявили обратное, – констатировал Донован, давая понять, что не верит ей.

– У меня не было оснований в них стрелять. Я пилотировала невоенный корабль. Я уже рассказала, как было.

– Первоначального рапорта достаточно. С ним все ознакомлены. Нас интересуют детали. Как ты понимаешь, здесь собрались люди, которые в состоянии либо подтвердить, либо опровергнуть твои доводы.

– Без осмотра судна трудно судить о ее действиях. Для предварительного заседания мне хотелось бы узнать подробности. – Это был голос одной из наблюдателей. Фраза ее была некстати Леону и Доновану, но она высказала важное замечание.

– Что именно вас интересует? – спросила Эл. – Осмотрите судно когда угодно, я сниму пароль.

– Вас ремонтировали…ваш корабль ремонтировали в Галактисе. Повреждения большие, видно сразу. Какие системы подвергались ремонту? – спросила наблюдатель.

Эл кинула взгляд на табличку с именем: "Лила Берг". Она могла бы поспорить, что эта Лила Берг спутала карты Доновану, переведя разговор на технический аспект.