Девушке не понравился взгляд, промелькнувший в глазах хозяина, когда она присела на край дивана. Наверное, все‑таки было ошибкой приходить сюда.

– Ну? – решительно начала она. – Ты говорил, у тебя есть что мне продемонстрировать. Что докажет всему миру существование вампиров. – Если перед ней не Ренфилд, тогда непонятно, что этот тип задумал.

Бердуэлл нахмурился. Неужели он такое говорил? Ему казалось, что ни о чем подобном он не упоминал.

– Я... я... э‑э... действительно могу кое‑что тебе показать, но это не совсем относится к вам...

Эйлин, фыркнув, вскочила и решительно направилась к двери.

– Я так и думала. – Кое‑что ей показать, как же. Пусть только осмелится, гад паршивый, она тут же оторвет ему эту штуку.

– Нет, в самом деле. – Норман тоже поднялся с дивана и стоял, раскачиваясь на каблуках своих ковбойских сапог. – Это докажет, что в городе и вправду действуют сверхъестественные силы. А отсюда очень короткий шаг до вампиров, разве нет?

– Да. – Зануда, похоже, знает, о чем говорит. – Думаю, что да.

– Тогда, быть может, ты все‑таки присядешь?

Он сделал шаг к ней, но Эйлин резко попятилась.

– Нет. Спасибо. Я лучше постою. – Она поняла, что теряет терпение. – Так что у тебя есть?

Бердуэлл горделиво выпрямился и после нескольких попыток сумел‑таки продеть большие пальцы за брючный ремень. Это должно было произвести на девушку впечатление.

– Я могу вызывать демонов.

– Демонов?

Он кивнул. Теперь рыжая красотка отдастся ему и позабудет о своем погибшем парне, а заодно и глупую идею о вампирах.

Эйлин добавила к той первой фантазии про Нормана и монстра остроконечную шляпу со звездами и волшебный жезл. На этот раз ей не удалось подавить смешок. А ведь она едва не поверила, что зануда говорит правду.

Однако Бердуэлл об этом не узнал.

«Она смеется надо мной. Да как она смеет, ведь я был единственным, кто не поднял ее на смех. Да как она смеет!»

Что‑то бормоча себе под нос, вне себя от злости и обиды, Норман метнулся вперед и схватил Эйлин за плечи. Он с такой силой прижался ртом к ее рту, что чуть было не распорол верхнюю губу о ее зубы. Но даже не почувствовал боли, так как уже начал тереться о нее всем телом, ощущая мягкую податливую плоть. Он научит ее не смеяться над ним!

Следующий приступ боли заставил его охнуть и отпрянуть с жалким мяукающим стоном. Сидя на краю сундука и держась обеими руками за пах, Норманн Бердуэлл смотрел, как все в его глазах окрашивается красным, оранжевым, а потом становится черным.

* * *

Эйлин с силой нажала на кнопку первого этажа, распекая себя на все корки за то, что выступила такой дурой.

– Вызывает демонов, разумеется, как же, – шипела она, яростно пиная стальную стену лифта. – А я‑то хороша, развесила уши. Да этот хлюпик просто клеился ко мне!

На какую‑то секунду, когда Норман ее схватил и лицо его исказилось, девушка не на шутку перепугалась. Он тогда почти потерял человеческий облик. А потом его порыв превратился в то, с чем она давным‑давно научилась справляться, и страх улетучился без следа.

– Мужчины такие ублюдки, – сообщила она престарелому и немало удивленному индусу, поджидавшему лифт на первом этаже.