Кроме того, появилась новая статья дохода, вернее новые позиции для международной торговли — сахар и пока еще мало, но с перспективой — подсолнечное масло. Петр Иванович Шувалов посоветовал установить выездную пошлину на эти товары, пусть и мало, но более ста тысяч рублей в бюджете от такого мероприятия появится, пусть и не ранее, чем через год. Так что деньги на дворцовые развлечения были. Они бы были в любом случае, но небольшой осадок в растрате последнего мог присутствовать, сейчас же настроение у двора, и не только, имело все шансы являться великолепным.

— Алексей Петрович, ты встречался с австрийским послом? — просила Елизавета, не переставая хлопать ладони — проходили акробаты, крутили сальто и разные фигуры, за ними шли факиры и выдыхали огонь.

— Да, матушка, говорил, ругал окаянного, называл шельмой и грозил союзом с королем Фридрихом, — ответил канцлер, сидящий сегодня по правую руку от государыни.

Ваня Шувалов провинился — уехал в Москву на строительство будущего университета и уже долго там пребывает. После разговора фаворита с цесаревичем, Иван Иванович сам не свой, только об университете и думает, хочет ускорить его строительство. Так что государыня проявляет свое благоволение Бестужеву-Рюмину, чтобы шуваловская партия не зазнавалась.

— Ты бил их по самому болезненному месту, по союзу с Пруссией, — Елизавета улыбнулась проходящей процессии разномастных арлекинов. — И что они? Не томи, канцлер, сказывай!

— Как я и подал, матушка, — Мария-Терезия сказывала, сперва, что не готова к войне, а сейчас уже прислала письмо своему послу, которое я лично читал, государыня [перлюстрация писем в то время вполне нормальное дело, а канцлер Бестужев этим точно не пренебрегал, часто перечитывались даже и дипломатические послания, если они не были при самих же дипломатах]. Так на бумаге сей повеление тянуть время, но обещать содействие России. Сперва предложить вспомоществование в снабжении русской армии, ежели та дойдет до Дуная, али через Валахию, — Бестужев сделал паузу, чтобы услышать повеление императрицы, о котором догадывался.

— Пусть дают провизию, но ты скажи, что и мы тогда сена да овса пришлем австрийцам, ежели Фридрих пойдет на Вену, а ентый мужеложец пойдет, верное, что пойдет, — государыня задумалась, что-то хотела еще сказать по теме, но решила спросить о другом. — Военная коллегия или Адмиралтейств-коллегия серебра не просят? Война идет, а они денег не просят!

— Нет, матушка, справляются Фондом вспомоществования, апосля начала войны там вельми много серебра собрано, пока хватает. Да и два лета, или больше того, Военная коллегия готовила магазины, пороховой запас, пушки лили не переставая, — ответил канцлер.

— Добейся, Алексей Петрович, помощи Петруше, пусть австрияки помогут, уже большое дело деется, больше, чем при тетке моей Анне, — государыня улыбнулась, когда напротив ее остановились кто-то типа средневековых герольдов и начали восхвалять победы русского оружия, перечисляя по очереди все битвы, что были выиграны в период правления Елизаветы Петровны.